Виды споров о компетенции и их характеристика: Исходя из изложенных применительно к административно-правовым спорам

Административно-правовой спор: понятие, признаки, виды

Виды споров о компетенции и их характеристика: Исходя из изложенных применительно к административно-правовым спорам

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

44

Размещено на http://www.allbest.ru/

44

Размещено на http://www.allbest.ru/

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Понятие и признаки административно-правового спора

§ 1 Понятие административно-правового спора

§ 2 административно-правового спора

§ 3 Признаки административно-правового спора

Глава 2 Классификация административно-правовых споров

§ 1 Основания классификации административно-правовых споров

§ 2 Споры об объективном административном праве

§ 3 Споры о субъективном административном праве

§4 Административно-правовые споры о компетенции

Заключение

Список нормативных актов и литературы

fВведение

Актуальность темы дипломной работы обусловлена, прежде всего, глубокими преобразованиями, произошедшими в сфере взаимодействия органов и лиц, наделенных государственно-властными полномочиями с физическими лицами и организациями, а также в сфере взаимодействия внутри системы государственного управления. Важным фактором актуальности данной работы является значительный рост и многообразие рассматриваемых судебными органами и должностными лицами дел, возникающих из административных правоотношений.

Качество и количество рассматриваемых судами административно-правовых споров демонстрирует судебная статистика. В первом полугодии 2010 года арбитражными судами Российской Федерации было рассмотрено 192 729 дел, возникающих из административных правоотношений, что составляет 31,0% от общего количества рассмотренных судами дел.

По сравнению с первым полугодием 2009 года наблюдается:

— увеличение количества рассматриваемых дел данной категории на 3,9% (2009г. — 185 457);

— увеличение количества дел, связанных с применением налогового законодательства на 3 053 (2009г.- 43 252; 2010г.- 46 305, или 7,1% );

— увеличение количества дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий гос.органов, органов местного самоуправления, иных органов и должностных лиц на 7 821 (2009г.-21 946; 2010г.-29 767, или 35,6%);

-уменьшение количества дел об оспаривании нормативных правовых актов (2009г.- 954; 2010-947, или -0,7%);

— уменьшение количества дел об административных правонарушениях (2009г.-43 538; 2010г.- 40 850, или -6,2%).

Объектом исследования выступают противоречия в публичных общественных отношениях, возникающие в результате взаимодействия между управляющими и управляемыми субъектами государственного управления, а также противоречия управляющих субъектов между собой.

Предметом исследования являются законодательные и иные нормативные акты, устанавливающие субъективные публичные управленческие права физических лиц и организаций, способы защиты этих прав, методы предупреждения и разрешения административно-правовых споров, а также практика применения такого рода актов судами, органами исполнительной власти, иными государственными органами, органами местного самоуправления, а также уполномоченными на то должностными лицами.

Целью дипломной работы является изучение категории административно-правовых споров и определение механизма их разрешения.

Достижение поставленной цели обусловило необходимость решения следующих задач:

— раскрытие сущности административно-правового спора через определение его основных признаков;

— определение основания классификации административно-правовых споров и характеристика его основных категорий;

-анализ практики разрешения административно-правовых споров.

Результатом данной работы являются следующие наиболее значимые положения:

1) под административно-правовым спором принято понимать разногласие, выраженное в юридически значимых действиях, между субъектами административного права по вопросу различно понимаемых прав и обязанностей и/или законности правовых актов управления;

2) административно-правовой спор имеет свою специфику, которая определяется особенностями его содержания, то есть особенностями его субъективного состава, характером заявляемых требований, своеобразием его предмета и основания;

3) Признаками, отличающими административный спор от других правовых споров являются:

— наличие в качестве его обязательного субъекта органа публичной администрации;

— административно-правовой спор, как правило, возбуждается по заявлениям (жалобам) частных лиц и лишь в случаях, специально оговоренных законом, по инициативе административных органов.

— предметом разногласий в административном споре могут быть субъективные публичные права и обязанности участников спорного регулятивного правоотношения или одновременно и субъективные публичные права(обязанности), и законность административных актов, или только вопрос о законности административных актов;

— административно-правовой спор имеет своим основанием правовые последствия, вытекающие из применения, реализации либо нарушения административно-правовых и иных публично-правовых норм.

4) Наиболее целесообразной является разработка критериев классификации административно-правовых споров применительно к тому или иному элементу их содержания. В соответствии с этим подходом выделяются субъектный, предметный и критерий основания спора.

5) Говоря о видах административно-правового спора, выделяются следующие:

— споры об объективном административном праве;

— споры о субъективном административном праве;

— споры о компетенции.

Нормативная основа разрешения административно-правовых споров

В настоящее время нормы, регулирующие разрешение административно-правовых споров, рассредоточены по различным отраслям законодательства, что затрудняет их применение. Указанные нормы можно подразделить на материальные и процессуальные:

— Материальные нормы устанавливают полномочия судебных и внесудебных органов по разрешению административных споров, состав суда, формируемый для их рассмотрения, правовой статус и организацию внесудебных учреждений и т.д.

— Процессуальные нормы регулируют производство по рассмотрению административных споров в судебных и внесудебных органах, особенности разбирательства отдельных категорий дел и т.д.

В систему источников права, регулирующих институт административной юстиции, входят: Конституция РФ, федеральные законы и подзаконные акты, законы и подзаконные акты субъектов Федерации.

В соответствии с Конституцией РФ (ст.46) каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Действия и решения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Статья 118 Конституции устанавливает, что судебная власть в РФ осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. В своем Постановлении от 12 мая 1998г.

№14-П Конституционный суд РФ отнес к предмету административного судопроизводства все дела, возникающие из административно-правовых отношений и установил, что судопроизводство по этим делам «должно быть административным судопроизводством, независимо от того, осуществляется ли оно судом общей юрисдикции или арбитражным судом», а к процессуальному законодательству в этой сфере относит КоАП РФ, ГПК РФ и АПК РФ.

Из числа законодательных актов, регламентирующих институт административной юстиции можно выделить:

— Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 года №1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», закрепляющий основы судебной системы.

Источник: https://otherreferats.allbest.ru/law/00100999_0.html

§4. Административно-правовые споры о компетенции

Виды споров о компетенции и их характеристика: Исходя из изложенных применительно к административно-правовым спорам

Вдинамичной государственно — правовой,управленческой и экономической практикевозникает множество отношений междусубъектами права.

Субъекты частногоправа, обладающие правоспособностью ивыступающие, прежде всего, как юридическиелица, и субъекты публичного права,наделенные компетенцией, осуществляютразличные юридические действия ипринимают те или иные правовые акты.

Вотношениях между ними весьма острымиявляются вопросы компетенции, посколькуот их решения зависит, в конечном счете,эффективность деятельности и госструктур,и хозяйствующих субъектов, и граждан.

Спорыо компетенции между органами публичнойвласти давно уже стали весьмараспространенным явлением российскойгосударственно-правовой действительности.Более того, анализ последней позволяетсделать вывод: немалая часть юридическихпротиворечий, возникающих в нашемобществе, обусловлена именно нарушениямиорганами власти своей компетенции. Какотмечает Л.В.

Лазарев, «такие спорымогут быть связаны с вторжением одногооргана в компетенцию другого, присвоениемчужих полномочий посредством изданияакта (нормативного или правоприменительного)или совершения действия правовогохарактера, с уклонением органа отосуществления собственной компетенцииили игнорированием компетенции другогооргана при решении вопроса совместноговедения»1.

Некоторыеавторы2выделяют следующие виды споров окомпетенции:

а)споры между федеральными и региональнымиорганами исполнительной власти;

б)споры органов исполнительной властифедерального уровня между собой;

в)административно-правовые спорырегиональных органов исполнительнойвласти между собой;

г)споры между органами исполнительнойвласти и органами местного самоуправления;

д)управленческие споры между органамиместного самоуправления.

Случаевнарушений компетенции, вмешательства,подмены, воспрепятствования и использованияполномочий очень много в отношенияхмежду Президентом РФ, ПравительствомРФ и министерствами, ведомствами.

Всубъектах Федерации много скрытых иявных конфликтов между губернатором(главой администрации) и его департаментами,управлениями. Сохраняют остротуадминистративные споры «по вертикали»между однородными федеральными ирегиональными органами.

Сейчас онигасятся и разрешаются либо неформальнымисредствами, либо с помощью согласительныхкомиссий. Но этого явно мало.

Чащевсего спор о компетенции применяетсяотносительно закрепленного в статье125 Конституции РФ права Конституционногосуда РФ по разрешению споров:

1)между федеральными органами государственнойвласти;

2)между федеральными органами власти иорганами государственной властисубъектов РФ;

3)между высшими государственными органамисубъектов РФ .

Развитиюи конкретизации конституционных нормпосвящены нормы ст. 92 — 95 гл. XI «Рассмотрениедел по спорам о компетенции» Федеральногоконституционного закона от 21 июля 1994г. N 1-ФКЗ «О Конституционном СудеРоссийской Федерации».

Три основаниясчитаются необходимыми для обращенияс ходатайством в Конституционный Суд:нарушение конституционного разграничениякомпетенции между органами государственнойвласти, нарушение определеннойКонституцией РФ и договорами компетенциизаявителя, уклонение государственныхорганов от осуществления входящей в ихкомпетенцию обязанности. А отсюда иварианты итоговых решений по делу — либоподтверждение полномочия соответствующегооргана государственной власти издатьакт или совершить действие правовогохарактера, послужившее причиной спора,либо отрицание этого полномочия.

Проанализируемнаиболее характерные противоречия,которые возникают между субъектамиспора о компетенции. Одно из них порожденоразными подходами к определению понятиякомпетенции.

При многообразии используемыхпонятий в законодательных и иных актахоказалось трудным дать базовоеопределение. Следует полагать, чтокомпетенция — это законно установленныйобъем публичных дел, выполняемыхуполномоченным субъектом.

Элементамиее являются предметы ведения как объектвоздействия и полномочия как легальнаямера воздействия. Указанные элементысочетаются с нормативными целями иответственностью субъектов компетенции.

Возложение публичной властью компетенциина тех или иных субъектов означаетустановление определенных рамок, вкоторых должны выполняться общиепубличные функции, и наделение субъектовдля этого необходимыми средствами ипроцедурами1.

Вконтексте рассматриваемой темы оправданокоснуться и такого феномена, какразногласия.

Речь идет о расхожденияхвзглядов и позиций субъектов компетенциипо поводу конкретных ситуаций, вариантоврешений, тактики и стратегии деятельности.

Небольшие разногласия могут перерастатьв крупные и в споры, подлежащиеурегулированию в рамках соответствующихпроцедур. Острые юридические коллизии,которые не удается погасить, нередкопорождают юридические и иные конфликты.

СогласноФедеральному конституционному законуот 17 декабря 1997 г. N 2-ФКЗ «О ПравительствеРоссийской Федерации» федеральноеПравительство разрешает споры и устраняетразногласия между органами исполнительнойвласти.

Применительно к федеральныморганам оно вправе отменять их акты илиприостанавливать действие этих актов.При разрешении спорных отношений междуфедеральными органами и органамиисполнительной власти субъектов РФиспользуются три способа.

Первый -нахождение приемлемого варианта действийи решения. Второй — создание согласительныхкомиссий из представителей заинтересованныхсторон. Третий — внесение предложенийПрезиденту РФ о приостановлении действияактов органов исполнительной властисубъектов РФ.

И тогда Президент можетиспользовать согласительные процедурыв соответствии со ст. 85 Конституции РФ.

Разногласияи споры могут возникать и в пределахкомпетенции федеральных министерстви ведомств, в их отношениях с однороднымиисполнительными органами субъектов РФи с подведомственными организациями.К сожалению, в положениях о министерствахотсутствует регламентация каких-либопроцедур. Между тем, императивные способы- обязательность указаний, отмена актов,приостановление действий и т.п.

-сочетаются с мерами консенсуальногосвойства. Переговоры, паритетныекомиссии, фиксирование договоренностии разногласий в протоколе можно дополнятьустановлением порядка рассмотренияразногласий. Аналогичные проблемытребуют разрешения и на региональномуровне. Речь идет о порядке урегулированияразногласий между главой исполнительнойвласти и функциональными службами, атакже между последними.

Всеэто приводит к выводу о необходимостиустановления четких процедур рассмотренияразногласий и споров компетенционногохарактера. В них желательно предусмотретьне только типологию спорных вопросови участников, но и критерии оценки актови действий, и порядок принятия итоговыхрешений.

Статутныезаконы и положения о различных органахгосударственной власти, должностныеинструкции нередко не содержат четкихнормативных характеристик всех элементовкомпетенции.

Подчас неясны взаимоотношенияразных субъектов компетенции. Отсутствуют,как правило, основания и виды ихответственности. Чему же удивляться,если происходит постоянное увеличениечисла споров о компетенции.

Но порядоки способы их разрешения не всегдаудовлетворительны.

Компетенционныйспор означает несовпадение отдельныхпозиций и действий субъектов компетенциис их предполагаемыми (нормативными,модельными) действиями и решениями.Чаще всего это связано с решениямиситуационных задач и содержательнымидействиями (финансовыми, материальнымии т.п.).

Отклонения от нормативноустановленной компетенции возникаютпрежде всего по вине самого органа,когда он превышает свои полномочия,совершает ошибочные действия илибездействует.

Отклонения порождаютсяи давлением извне, вмешательством другихорганов или созданием препятствий длязаконной деятельности.

Механизмвозникновения споров между государственнымиорганами можно объяснить, исходя изположений общей теории государственногоуправления. Все государственные органыв качестве структурных форм осуществлениягосударственной власти обладаютсамостоятельностью.

Это обусловлено изакономерно вытекает из принципаразделения властей, получившегозакрепление в Конституции РоссийскойФедерации (ст. 10).

Но, с другой стороны,самостоятельность органов публичнойвласти с неизбежностью означает, что впределах их правового статуса,установленного Конституцией, законамии иными правовыми актами, они обладают»свободой усмотрения», своего родадискреционными полномочиями.

Их действияи решения в рамках очерченной нормамиправа компетенции рассматриваются каклегальные и целесообразные. Но при этомвсе государственные органы действуютне изолированно друг от друга.

Ихобъединяет общность решаемых задачгосударственного или общественногозначения, вследствие чего полномочияорганов публичной власти пересекаются.Их реализация невозможна без взаимодействияданных органов на основе конституционнои законодательно установленнойкомпетенции. В таком случае возникаети важнейший для этой категории спороввопрос о балансе, мере самостоятельныхи согласованных действий органовпубличной власти и об их правовойобусловленности.

Административно-правовыеспоры о компетенции имеют различныепоследствия в экономической, социальной,политической сферах, однако их объективнаяправовая основа обычно имеет следующиеформы проявления:

1)выход государственного органа за рамкисвоей компетенции и реализация имполномочий, которые вообще не могутосуществляться органами публичнойвласти;

2)реализация государственным органомполномочий, которые должны осуществлятьсяиным государственным органом, посколькуявляются частью его компетенции;

3)уклонение государственного органа отосуществления своих полномочий в полномобъеме (необоснованное бездействие).

Источник: https://studfile.net/preview/6701153/page:47/

§ 3. СПОРЫ О КОМПЕТЕНЦИИ. АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРАВО И ПРОЦЕСС — Ю.А. Тихомиров

Виды споров о компетенции и их характеристика: Исходя из изложенных применительно к административно-правовым спорам

В динамичной государственно-правовой, управленческой и экономической практике возникает множество отношений между субъектами права.

Субъекты частного права, обладающие правоспособностью и выступающие прежде всего как юридические лица, и субъекты публичного права, наделенные компетенцией, осуществляют различные юридические действия и принимают те или иные правовые акты.

В отношениях между ними весьма острыми будут вопросы компетенции. Важно заметить, что одни из них порождены разными подходами к определению понятия компетенции.

В других случаях, касается ли ϶ᴛᴏ спора о компетенции или спора о содержаний компетенционных актов и действий, необходимо не только ответить на несколько важных и актуальных вопросов, но и провести анализ и оценку нормативных и фактических элементов компетенции государственных органов.

Речь идет:

— о проверке компетентности органа, призванного рассматривать спор;

— о выяснении объема и содержания компетенции органов, установленной как законами и положениями, так и соглашениями о делегировании полномочий, что приводит либо к увеличению, либо к уменьшению их объема;

— о предметах ведения, о характере полномочий, включая виды решений и действий (аналитических, контрольных, информационных и др.);

— о взаимоотношениях с другими органами;

— о фактически совершенных действиях; — о сравнении фактически изданных актов и совершенных действий с нормативно установленными полномочиями;

— об оценке реальных последствий деятельности органа — показателях развития сферы., отрасли, размерах ущерба или потерь и т.п.

В конечном итоге могут быть приняты три решения:

1) акты и действия органа совершены в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с его компетенцией;

2) акты и действия не вполне отражают его компетенцию, но в связи с новыми явлениями и процессами ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙуют нормативно установленным целям;

3) акты и действия не ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙуют компетенции и требуют отмены, изменений и т.п.

Следует обратить внимание на некᴏᴛᴏᴩые специфические моменты в процедуре рассмотрения споров о компетенции в суде.

1. Сторонами выступаюттрадиционно субъекты публичного права: государственные и муниципальные органы, должностные лица. Причем они действуют и как заявители, и как ответчики, и как представители сторон.

2. Статус органов, их предметы ведения и полномочия подлежат анализу сквозь призму правовых актов и фактических действий (бездействия).

3. Иной и более значимой будет роль экспертов-ученых, специалистов, преимущественно независимых.

4. Суд и прокурор не могут не проявлять себя более активно, нежели в обычном состязательном процессе. В ϶ᴛᴏм случае, по всей видимости, допустимо приостановление акта или действия при обращении в суд.

5. Своеобразен при ϶ᴛᴏм набор доказательств, так как приходится оценивать такие доказательства, как компетенционные нормы законов, акты, положения, планы работы, служебную информацию и даже устные решения.

Безусловно, в основе всего лежит четка регламентация компетенции. На практике пока не вполне удовлетворительно решаются связанные с данным вопросы. Статутные законы и положения о различных органах государственной власти, должностные инструкции .

нередко не содержат четких нормативных характеристик всех элементов компетенции. Подчас неясны взаимоотношения разных субъектов компетенции. Отсутствуют, как правило, основания и виды их ответственности.

Чему же удивляться, если происходит постоянное увеличение числа споров о компетенции? Но порядок и способы их разрешения не всегда удовлетворительны.

Компетенционный спор означает несовпадение отдельных позиций и действий субъектов компетенции с их предполагаемыми (нормативными, модельными) действиями и решениями. Чаще всего ϶ᴛᴏ связано с решениями ситуационных задач и содержательными действиями (финансовыми, материальными и т.п.).

Отклонения от нормативно установленной компетенции возникают прежде всего по вине самого органа, когда он превышает ϲʙᴏи полномочия, совершает ошибочные действия или бездействует. Отклонения порождаются и давлением извне, вмешательством других органов или созданием препятствий для законной деятельности.

Материал опубликован на http://зачётка.рф

И тогда спор о компетенции возникает по разным поводам: касательно ее объема и характера, предметов ведения, полномочий субъекта компетенции либо всего в совокупности. При ϶ᴛᴏм фактический объем компетенции сопоставляется с ее нормативным статусным объемом и характером. Поясним на конкретном примере.

Споры о компетенции ввиду ϲʙᴏей общегосударственной значимости для обеспечения устойчивости государственных институтов регулируются на конституционном уровне.

Этим занят Конституционный суд РФ, кᴏᴛᴏᴩый разрешает три категории споров о компетенции — между федеральными органами государственной власти, между федеральными и региональными органами государственной власти, между высшими государственными органами субъектов РФ.

Развитию и конкретизации конституционных норм посвящены нормы ст. ст. 92-95 Главы XI «Рассмотрение споров о компетенции» ФКЗ «О Конституционном суде Российской Федерации».

Три основания считаются необходимыми для обращения с ходатайством в Конституционный суд — нарушение конституционного разграничения компетенции между органами государственной власти, нарушение определенной Конституцией РФ и договорами компетенции заявителя, уклонение органов от осуществления входящей в их компетенцию обязанности. А отсюда и варианты итоговых решений по делу — либо подтверждение полномочия ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующего органа государственной власти издать акт или совершить действие правового характера, послужившее причиной спора, либо отрицание ϶ᴛᴏго полномочия.

Обобщение рассмотренных КС РФ споров о компетенции позволяет выделить несколько типичных категорий дел.

1. Споры по поводу объема полномочий РФ и ее субъектов в сфере собственности, налогообложения, лесного хозяйства, управления энергетическим комплексом и другие, когда речь шла о трактовке, подтверждении и наделении сторон полномочиями, например, по созданию собственных законов или в случае отсутствия правовых соглашений.

2. Споры по поводу объема и характера полномочий высших звеньев государственной власти применительно к организации министерств и ведомств.

Так было, когда Президент РФ превысил ϲʙᴏи полномочия, подписав Указ об образовании Министерства безопасности и внутренних дел РСФСР (1991 г.) вопреки компетенции парламента.

Аналогичное нарушение было допущено в постановлении Президиума ВС РСФСР, когда был превышен объем его компетенции в связи с созданием Всероссийского агентства по авторским правам (1922 г.)

3. Целый ряд споров возник в связи с нарушениями в уставах Алтайского края, Читинской области, Тамбовской области конституционных принципов разделения властей, когда ими допускалось чрезмерное расширение полномочий областных законодательных органов и ограничение прав гав администраций. Здесь при некᴏᴛᴏᴩом сходстве предметов ведения возникал явный дисбаланс в полномочиях властей.

4. Отметим споры об объеме компетенции местного самоуправления, когда государственные органы субъектов РФ устанавливали в ϲʙᴏих законах и подзаконных актах нормы, ограничивающие самостоятельность местной власти, и ужесточали контроль за ней.

Из последних можно отметить постановление КС РФ от 30 ноября 2000 г. «По делу о проверке конституционности отдельных положений Устава (Основного Закона) Курской области .

в редакции Закона Курской области от 22 марта 1999 года «О внесении изменений и дополнений в Устав (Основной Закон) Курской области».

Следовательно, конституционный круг субъектов, между кᴏᴛᴏᴩыми возникают споры по поводу компетенции, весьма широк.

В него, естественно, входят и органы исполнительной власти, но скорее они находятся в спорных отношениях с другими ветвями публичной власти.

Компетенционные споры внутри системы исполнительной власти пока не обнаруживают себя на «публичной поверхности». Их разрешают иными, подчас скрытыми и не всегда легальными средствами. Между тем объем реальных управленческих споров очень велик.

Как мы уже отмечали, уже подготовлен и одобрен в первом чтении ФКЗ «Об административных судах в Российской Федерации». В конституциях республик почти нет упоминаний о спорах и порядке их разрешения. В уставах ряда субъектов РФ есть ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующие нормы. В наибольшей степени подробно они закреплены в гл.

33 Устава Тамбовской области «Разрешение споров между областной Думой и администрацией области».

Установлено, что споры и конфликты между областной Думой и органами исполнительной власти, органами местного самоуправления, возникающие по вопросам осуществления их полномочий, принятым правовым актам и иным вопросам, разрешаются посредством согласительных процедур, создания паритетных комиссий нз срок не более двух месяцев.

После ϶ᴛᴏго при отсутствии согласия в решении возникших проблем рассмотрение спора может быть передано в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующий суд. Нормативные правовые акты, противоречащие Конституции РФ, федеральным законам и иным актам по предметам их ведения, подлежат опротестованию прокурором области. Другая процедура — отсылочная; она позволяет воспользоваться ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующими полномочиями КС РФ.

В уставе Белгородской области в ст. 65 предусмотрено разрешение аналогичных споров путем создания на паритетной основе согласительных комиссий на срок не более двух месяцев, а также обращения в областной суд или арбитражный суд области.

Статья 60 Устава города Москвы устанавливает четыре способа преодоления разногласий между городской администрацией и городской Думой: право вето, направление на повторное рассмотрение Думы ее постановления, если оно противоречит законодательству или недостаточно обеспечено финансовыми ресурсами, обращение Думы к мэру и правительству Москвы с предложением отмены, изменения или дополнения принятых ими актов, судебное признание акта городской администрации недействительным на основании искового заявления Думы или обращения прокурора (в порядке, установленном законодательством Федерации).

Формирование конституционных судов республик, уставных судов областей и др. привело к принятию ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующих законов. В них чаще всего выделены главы, посвященные порядку рассмотрения дел по спорам о компетенции.

Схематично они схожи по ϲʙᴏим элементам с ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующими нормами Закона «О Конституционном Суде РФ». В других случаях вместо подобных глав можно обнаружить главы, регламентирующие процедуры производства по отдельным категориям дел, имеющих явный компетенционный характер.

К примеру, в областном Законе «Об Уставном суде Свердловской области» есть гл. X «Рассмотрение дел о ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии Уставу Свердловской области действий и решений Губернатора Свердловской области» (См.: Кряжков В.А. Конституционное правосудие в субъектах РФ).

И хотя накоплена определенная практика, но реальных компетенционных споров намного больше, и они скрыты пока под «публичной поверхностью».

В контексте рассматриваемой темы оправданно коснуться и такого феномена, как разногласия. Речь идет о расхождениях взглядов и позиций субъектов компетенции по поводу конкретных ситуаций, вариантов решений, тактики и стратегии-деятельности.

Материал опубликован на http://зачётка.рф Небольшие разногласия могут перерастать в крупные и в споры, подлежащие урегулированию в рамках ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующих процедур.

Стоит отметить, что острые юридические коллизии, кᴏᴛᴏᴩые не удается погасить, нередко порождают юридические и иные конфликты.

Согласно ФКЗ от 17 декабря 1997 г. № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации» федеральное Правительство разрешает споры и устраняет разногласия между органами исполнительной власти.

Применительно к федеральным органам оно вправе отменять их акты или приостанавливать их действие. При разрешении спорных отношений между федеральными органами и органами исполнительной власти субъектов РФ могут быть использованы три способа.

Первый — нахождение приемлемого варианта действий и решения. Второй — создание согласительных комиссий из представителей заинтересованных сторон. Третий — внесение предложений Президенту РФ о приостановлении действия актов органов исполнительной власти субъектов РФ.

И тогда Президент может использовать согласительные процедуры в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии со ст. 85 Конституции РФ.

Разногласия и споры могут возникать и в пределах компетенции федеральных министерств и ведомств, в их отношениях с однородными исполнительными органами субъектов РФ и с подведомственными организациями. К сожалению, в положениях о министерствах отсутствует регламентация каких-либо процедур.

Между тем императивные способы — обязательность указаний, отмена актов, приостановление действий и т.п. — сочетаются с мерами консенсуального ϲʙᴏйства.

Переговоры, паритетные комиссии, фиксирование договоренности и разногласий в протоколе можно дополнять установлением порядка рассмотрения разногласий (таков, например, Порядок рассмотрения разногласий в процессе взаиморасчетов между операторами сетей электросвязи, утвержденный Приказом МАП России от 3 ноября 2000 г.).

Уместно отметить, что оправданно создание постоянных или временных третейских (конфликтных) комиссий с определенными юрисдикцией и процедурой, например, применительно к снятию разногласий в вопросах участия в целевых программах, составлении бюджета.

Аналогичные проблемы требуют разрешения и на региональном уровне. Речь идет о порядке урегулирования разногласий между главой исполнительной власти и функциональными службами, а также между последними.

Все ϶ᴛᴏ приводит к выводу о необходимости установления четких процедур рассмотрения разногласий и споров компетен-ционного характера. В них желательно предусмотреть не только типологию спорных вопросов и участников, но и критерии оценки актов и действий, и порядок принятия итоговых решений. И здесь вполне оправданно изучение зарубежной практики.

Соответствующий опыт имеется в Эстонии, где действует Закон об административной судебной процедуре (1993 г.). Отметим прежде всего, что нередко жалобы или протест блокируют исполнение ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующего правового акта, хотя судья административного суда имеет право приостановить действие акта по требованию истца (ст. 9).

Круг дел широк, но ряд процессуальных действий осуществляется в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии с Гражданским судебным кодексом. Примечательно, что суд в ϲʙᴏем постановлении должен сделать предложение ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующему органу или должностному лицу по поводу пересмотра вопроса и принять новое решение или предпринять новое действие (ст. 20).

Административно-процессуальный кодекс Эстонии (1999 г.) относит к компетенции административного суда разрешение публично-правовых споров, уточняя, что речь идет об административных актах и действиях, регулирующих частные случаи в публично-правовых отношениях (ст. 3, 4). Различаются жалобы частных лиц и протесты учреждений, должностных лиц.

Предусмотрено непрерывное рассмотрение дел в одном судебном заседании (ст. 12). Сбор доказательств происходит в основном по правилам гражданского судопроизводства, хотя суд обязан проверять соблюдение предметов и целей дискреции (ст. 19). Суд вправе отменить акт или признать его противоправным, издать предписание о совершении действий и т.д. (ст.

26).

Как видно, для рассмотрения спорных компетенционных вопросов применяются разные процедуры. Применительно к нашей стране можно вести речь о согласительных, управленческих, судебных, а также смешанных процедурах.

Это может быть, например, ФЗ о процедурах рассмотрения разногласий и споров в системе исполнительной власти.

Подготовка и введение процедур с помощью законов и правил благоприятным образом повлияет на эффективность предупреждения и разрешения споров о компетенции в процессе правотворчества и правоприменения.

Источник: http://xn--80aatn3b3a4e.xn--p1ai/book/4868/214696/%C2%A7%203.%20%D0%A1%D0%9F%D0%9E%D0%A0%D0%AB%20%D0%9E%20%D0%9A%D0%9E%D0%9C%D0%9F%D0%95%D0%A2%D0%95%D0%9D%D0%A6%D0%98%D0%98.html

Понятие и признаки административно-правового спора (Е.Б. Лупарев,

Виды споров о компетенции и их характеристика: Исходя из изложенных применительно к административно-правовым спорам

Понятие и признаки административно-правового спора

Характеристика административно-правового спора как правоотношения особого типа неизбежно приводит к необходимости анализа объекта спора с точки зрения объекта правоотношения и его предмета.

Как утверждал Ю. К.

Толстой, «здесь все подвергается сомнению: начиная от того, нужна ли вообще такая категория, как объект правоотношения, и кончая вопросом, что же следует понимать под объектом правоотношения»*(1).

Философская характеристика любого объекта определяет его в качестве того, что противостоит субъекту в его деятельности*(2).

Объект не просто тождественен объективной реальности, а выступает как такая ее часть, которая находится во взаимодействии с субъектом (впрочем, концепция созерцательного материализма исходит из пассивной роли индивида во взаимодействии с объектом*(3).

Сторонники феноменологической трактовки объекта предполагают его как нечто априорно данное субъекту и воспринимаемое им как рефлексия сознания о своих актах и о данном в них содержании*(4).

Если исходить из того, что объективная реальность, по сути дела, есть категория, определяемая через понятие материи, включающей в себя не только все непосредственно наблюдаемые человеком объекты и тела природы, но и те, которые в принципе могут быть познаны в будущем, то объект может быть рассмотрен лишь в рамках системы, включающей в себя не только управляющую и управляемую подсистемы, но и познаваемую субъектом подсистему. Вырабатываемые субъектом административно-правового спора знания о своих субъективных управленческих правах и обязанностях и есть показатель соотношения субъекта с объектом. С высокой степенью достоверности можно утверждать, что в данном случае мы имеем дело с идеализированным объектом, то есть с тем, как конкретный субъект понимает свои права*(5). Ведь объективная реальность, существующая вне зависимости от субъекта, становится объектом по мере того, как субъект вступает с ней в связь*(6).

Общая трактовка объекта управления говорит о нем как о структуре (подсистеме), которая нуждается и испытывает управленческое воздействие от субъекта управления*(7). Объект зависит от субъекта, служит его интересам, «является средством воздействия субъекта на новые отношения»*(8). С функциональной точки зрения объект социального управления — поведение людей.

Объект правоотношений обычно определяется как материальные, духовные и иные социальные блага, которые служат удовлетворению интересов и потребностей граждан и организаций и по поводу которых субъекты права вступают в правоотношения и осуществляют свои субъективные права и обязанности*(9). В то же время Н.Г.

Александров понятие объекта правового отношения не отождествляет с понятием объекта правового регулирования*(10).

Действительно, объектом права (правового регулирования) являются общественные отношения, а объектом правоотношения могут быть и материальные, и нематериальные блага. Следовательно, применительно к административно-правовым спорам нельзя отождествлять объект социального или государственного управления с объектом спора.

Само же действие вряд ли можно оценить как объект, ибо действие само по себе есть способ познания объективной действительности. То есть действие лица есть юридический факт, могущий повлечь спорное правоотношение, но вряд ли действие (бездействие) можно назвать и объектом.

Последний соединяет действия субъектов, он в центре этих действий, следовательно, нет оснований считать его чем-то внешним, полагает Л.В. Коваль*(11).

Любой юрисдикционный орган, разрешая спор, не исследует поведение людей как таковое, а выясняет, насколько оно соответствует нормам права или морали, нравственности (если они обозначены в правовом акте как подлежащие учету элементы).

Следовательно, представляется обоснованным предположение, что объектом административно-правового спора выступают интересы лиц, выраженные в их субъективном праве. Но действия субъектов в связи с объектом должны соотноситься как взаимодействие: действию противопоставляется действие другого субъекта спора.

Значит, налицо взаимодействие интересов лиц вне зависимости от их позитивного или негативного характера. В правовом смысле взаимодействие интересов может быть выражено только во взаимных правах и обязанностях, то есть в правовом статусе, который вводится в круг объектов сторонниками теории многообъектности*(12).

С точки зрения соотношения «объект — предмет» в строгом общефилософском смысле противопоставление предмета и объекта относительно. Оно состоит в том, что в предмет входят лишь главные, наиболее существенные свойства и признаки объекта.

В менее строгом смысле предмет отождествляется с понятием объекта или вещи. В административном праве преобладает подход, в котором материализованный предмет признается непосредственным объектом такого, например, явления, как состав административного проступка*(13).

В то же время в процессуальном законодательстве о порядке разрешения некоторых категорий административно-правовых споров законодатель употребляет термин «предмет» (например, в п.3 ч.1 ст.107, в п.3 ч.1 ст.165 АПК РФ).

Следовательно, он рассматривает в качестве предмета наиболее существенные свойства и признаки объекта, имеющие значение для вынесения решения по спору.

Таким образом, напрашивается предположение, что объектом административно-правовых споров может быть явление, не совпадающее с объектом правоотношений вообще. Речь здесь может идти о каких-либо отдельных их элементах — правах лиц, возникших в связи с реализацией государственных управленческих функций вне зависимости от того, кто их легально исполняет.

В современной теории административного права о таких правах говорят как о субъективных публичных правах*(14). Проблема выделения и анализа субъективных публичных прав лиц как объектов административно-правовых споров обусловлена не только созидающим и охраняющим характером административного права*(15) и уж, конечно, не конъюнктурой*(16).

Обусловленность этого, на наш взгляд, заключается также и в том, что на протяжении десятков и сотен лет между государством и обществом сложились отношения, в которых государственные интересы ставились во главу угла.

Государство, как выразитель общественных интересов, в любом случае, хотим мы этого или нет, выражает групповые интересы, которые не всегда совпадают с интересами отдельной личности.

Однако демократический политический режим, являющийся на сегодняшний день неким идеалом, к которому стремится большая часть цивилизованных государств, предполагает учет воли не только демократического большинства, но и меньшинства. Переосмысление приоритетов методов государственного управления, соответственно, ведет и к переосмыслению соотношения публичных и частных интересов.

Требованиям публичной административной власти гражданин противопоставляет субъективное публичное право.

В этой связи следует более глубоко коснуться самого понимания субъективных публичных прав и обязанностей граждан в сфере государственного управления.

Проблема вытекает из общего вопроса о правах и свободах человека и гражданина*(17). Современные концепции прав и свобод человека, заложенные в науке конституционного права, исходят из следующего:

1) отказ от классового подхода, права и свободы человека не увязываются с его социальным статусом;

2) юридически признана сама категория «права человека»;

3) принцип коллективности может и должен быть признан положительным фактором развития гражданского общества только в том случае, если он не игнорирует индивидуальных прав и свобод человека;

4) отказ от принципа приоритета государственного над личным;

5) права неотчуждаемы и принадлежат лицу от рождения, а не предоставляются государством;

6) примат международного права в области прав человека*(18).

Вопрос о субъективных публичных правах личности также изначально затрагивался как в отечественной науке административного права*(19), так и иностранными исследователями*(20).

Становление современных теорий субъективных публичных прав, как справедливо отмечает в своей работе «Концептуальные противоречия социально-экономических прав» Ульрих К. Прейсс, неразрывно связано с теориями экономического либерализма, с их понятием автономной личности.

Следовательно, возрождение интереса к исследованию субъективных публичных прав в нашей стране связано со становлением рыночного общества, с изменением приоритетов в методах государственного управления.

Оставляя за юрисдикционным органом определенную долю перераспределительных прав, юридические доктрины Европы (в том числе и России) в форме субъективных публичных прав защищают частные интересы от возможно искаженного государственного вмешательства. Однако такого рода соотношение не является абсолютным.

Не все субъективные публичные права служат экономическим целям, многие не подчинены принципам экономической эффективности.

Такие права определяют моральные основы существования личности (например, право на объединение в религиозную организацию (группу), возможность реализации интеллектуального потенциала (право на доступ к государственной службе, право на образование). Кроме того, субъективные публичные права защищают не только сферу личных интересов, но и сферу публичных интересов (например, защита интересов государства от незаконных действий налогоплательщиков). Такая двойственность показывает специфику субъективных публичных прав.

В связи с этим уместно вспомнить дискуссию, которая возникла еще в XIX веке по поводу учения о государстве как об особой личности (или юридическом лице), обладающей суверенной властью*(21). Если попытаться модернизировать взгляды Гербера, Лабанда, М. Зайделя, Г.

Еллинека*(22) о лице-государстве с точки зрения современных представлений о субъективных публичных правах, то следует рассматривать государство и личность в качестве относительно равноправных субъектов. Целью такого подхода является попытка сбалансировать суверенные права государства встречными правами личности и наоборот.

В этом смысле административно-правовые споры как раз и выступают механизмом такого рода балансировки. Хотя государственная власть и предполагает подчинение, оно не должно быть абсолютным. Как утверждал А.И.

Елистратов, «отказавшись от веры в призраки в публичном праве, мы получаем возможность конструировать публичные права и обязанности граждан в одинаковых основаниях с правами и обязанностями должностных лиц и государственных учреждений»*(23).

Действительно, хотя и невозможно поставить интересы государства как выразителя общественных интересов в равные правовые условия с индивидуумом, максимально нивелировать разницу между ними необходимо стремиться. Не случаен закрепленный в ст.2 Конституции РФ принцип приоритета прав и свобод человека. Однако признание, соблюдение (выделено мною. — Е.Л.) и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность именно государства, подчеркивает та же статья Конституции.

Сами по себе публичные права — мера возможного поведения управомоченного субъекта в сфере публичных отношений. В то же время В.Н. Дурденевский считает, что субъективное право — это «предоставленная субъективным правопорядком возможность действовать с целью осуществления тех или иных человеческих интересов»*(24).

В сущности, наличие субъективного публичного права проявляется в такой категории, как правосубъектность.

Причем речь идет о публичной правосубъектности, которая охвачена несколькими отраслями, составляющими публичное право в объективном смысле, — конституционным, административным, муниципальным, финансовым, информационным, уголовным правом и соответствующими процессуальными нормами.

При таком многообразии отраслей публичного права гражданин или государство (например, в уголовном праве) трансформируют свою публичную правосубъектность в конкретное публичное право. Следовательно, нельзя отождествлять защиту публичных прав лиц только административно-правовыми способами.

Кроме того, лицо может защищать свое право не только путем обращения в соответствующие юрисдикционные органы, но и путем таких активных действий, как самозащита права. Объем защищаемых административным законом публичных прав имеет тенденцию к увеличению.

В этом проявляется стремление к демократизации общества, в котором государство, наделяя лиц административной правосубъектностью, привлекает их к участию в решении публичных дел путем реализации собственных интересов в области государственного управления. Управленческая деятельность граждан в публично-правовой сфере осуществляется в рамках созданных публично-правовых институтов и учреждений*(25). Некоторые публичные права могут быть реализованы через осуществление местного самоуправления.

Субъективные публичные права направлены, с одной стороны, на усиление социальной роли государства, а с другой — ограничивают публичную власть, обеспечивая личные интересы граждан в публичной сфере. Тем самым возникает вопрос о гарантиях реализации публичных прав.

Одной из таких гарантий выступает возможность оспаривания действий органов публичной власти, в том числе и органов исполнительной власти, исполнительных органов местного самоуправления и иных органов и лиц, наделенных публичными управленческими полномочиями.

Вместе с тем в современной административно-правовой науке недостаточно разработан вопрос о публичных управленческих правах юридических лиц.

В сущности, если говорить о юридических лицах, то в их деятельности сочетаются публичные управленческие права, корпоративные управленческие права и имущественные права частного характера (вытекающие из хозяйственной или предпринимательской деятельности юридических лиц).

Очень часто субъективные публичные права юридических лиц обобщенно выражают через понятие компетенции. «Компетенция — предпосылка правообладания, реализуемая через субъективные права. С этой точки зрения она однородна правоспособности», — пишет Ю.Г. Басин*(26). Однако компетенция и правоспособность не однородные явления.

В зависимости от особенностей правоотношений, в которые вступает юридическое лицо, проявляются различные стороны его правосубъектности, а компетенция связана с характеристикой лишь тех юридических лиц, которые наделены властными полномочиями.

Правосубъектность юридического лица связана с правоотношениями, а компетенция юридических лиц, являющихся органами государственного управления, по мнению Б.М. Лазарева, может проявляться и вне рамок правоотношений*(27).

Российская Конституция вообще не касается прав юридических лиц, не являющихся органами государственной власти и местного самоуправления. Гражданский кодекс РФ говорит о публичных правах юридических лиц только с точки зрения имущественных или внутриорганизационных управленческих отношений (например, закрепляя в ст.

51 возможность обжалования в суд отказа в государственной регистрации юридического лица)*(28). Единый акт, который определял хотя бы в общем не только частные, но и публичные права юридических лиц, отсутствует. Можно лишь утверждать, что юридическое лицо в зависимости от своего типа может быть наделено различными публичными правами.

Объем их определяется целью деятельности юридического лица. Если речь идет о коммерческих организациях, то в силу того, что основной целью их деятельности в соответствии со ст.

50 ГК РФ является получение прибыли, публичные их права обусловлены необходимостью защиты как процесса получения прибыли, так и самой прибыли от необоснованных притязаний лиц, наделенных государственно-властными полномочиями.

По мнению И.С. Яценко, объектом административно-правовой защиты в экономике рыночного типа выступают:

1) экономические права на занятие предпринимательством, защита их от незаконных ограничений в процессе создания, реорганизации и ликвидации хозяйствующих субъектов; право на защиту от произвольного вмешательства в оперативно-хозяйственную деятельность;

2) интересы национальной экономики (в том числе защита интеллектуальной, промышленной собственности иностранными юридическими лицами, приоритет прав отечественных производителей перед иностранными в предусмотренных законодательством случаях, исполнение внешнеэкономического законодательства);

3) интересы преобразования отношений собственности;

4) обеспечение государственных нужд;

5) интересы государственной казны;

6) охрана прав потребителей*(29).

Некоммерческие же организации могут создаваться для достижения социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и управленческих целей, для охраны здоровья граждан, развития физической культуры и спорта, удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей граждан, защиты прав, законных интересов граждан и организаций, разрешения споров и конфликтов, оказания юридической помощи, а также в иных целях, направленных на достижение общественных (публичных) (выделено мною. — Е.Л.) благ. В соответствии с Федеральным законом «О некоммерческих организациях» от 12 января 1996 года (в редакции ФЗ от 26 ноября 1996 года) органы государственной власти и органы местного самоуправления создают государственные и муниципальные учреждения, закрепляют за ними имущество на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом РФ и осуществляют их полное или частичное финансирование.

В свое время В.А.

Лория высказал мысль о том, что основное назначение административно-правовых споров состоит не в восстановлении нарушенных прав, а в предотвращении возможных нарушений прав и интересов субъекта*(30).

Однако большинство административно-правовых споров именно защищают уже нарушенное право, а не только предотвращают его нарушение. И то, и другое может быть рассмотрено в качестве формы защиты права.

Теоретическая разработка проблемы объекта административно-правового спора имеет непосредственное значение для юрисдикции органов, осуществляющих разрешение таких споров. Так, ст.231 ГПК РСФСР, определяющая перечень дел, вытекающих из административных правоотношений, в ч.

2 говорит о других делах, отнесенных законом к компетенции судов, не называя этих дел. Указание же в отдельных законах на право обжалования тех или иных действий в порядке гражданского судопроизводства ведет к коллизиям типа той, которая выявляется при анализе п.4 ст.

11 ФЗ «О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации»*(31), где говорится о праве Президента РФ, законодательного органа субъекта РФ обжаловать постановления Совета Федерации об установлении результатов рассмотрения закона о поправке к Конституции РФ в соответствии с гражданско-процессуальным законодательством. Однако Верховный Суд РФ может применить ГПК РСФСР в данном случае только лишь по аналогии к порядку разрешения административных споров, ибо здесь нет объекта административно-правового спора, необходимого для применения глав 22, 24 ГПК РСФСР. Совет Федерации не осуществляет публичное управление, следовательно, не может идти речи о защите управленческих прав иных субъектов с применением соответствующих процессуальных норм.

Кроме того, указания на объект спора позволяют дать более четкое разграничение подведомственности дел судам, особенно о спорах, связанных с управлением коммерческими организациями. Внутриорганизационные споры в таких организациях могут иметь как публичный, так и частный характер в зависимости от того, имеется ли в них доля государственного участия.

Если таковая есть, то может идти речь о защите публичных прав и соответствующем порядке рассмотрения дел, вытекающих из административных правоотношений, в соответствии с АПК РФ или ГПК РСФСР соответствующими судами в зависимости от состава остальных собственников.

И если в случае применения норм АПК РФ нет разницы в порядке рассмотрения таких споров, то в случае, если хотя бы одной из спорящих сторон выступает лицо, не являющееся юридическим или индивидуальным предпринимателем, встает вопрос о том, что ГПК РСФСР, по сути, не содержит указания на особенности рассмотрения такого рода дел, которые, с точки зрения их объекта, могут быть отнесены, по нашему мнению, к административно-правовым спорам.

Итак, объект административно-правового спора видится в единстве и борьбе противоположных взглядов на субъективные публичные управленческие права.

То есть объектом спора выступают не сами субъективные публичные управленческие права и обязанности, а защита, соответственно, управленческих прав и порядка реализации публичных обязанностей.

Сами же нарушенные права могут быть рассмотрены как предмет спора.

Е.Б. Лупарев,

доцент кафедры административного и финансового права

https://www.youtube.com/watch?v=RsS3hhgabKg

Кубанского государственного аграрного университета,

кандидат юридических наук

«Журнал российского права», N 2, февраль 2002 г.

————————————————————————-

*(1) Толстой Ю.К. К теории правоотношений. Л., 1959. С.48.

*(2) См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С.453.

*(3) См.: Философия. Ч.2. Основные проблемы философии. М.: Юристъ, 1997. С.56.

*(4) Подробнее о феноменологии см.: Мотрошилова Н.В. Принципы и противоречия феноменологической философии. М., 1968.

*(5) См.: Швырев В.С. Теоретическое и эмпирическое в научном познании. М., 1978. С.321-322.

*(6) См.: Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1957. С.56.

*(7) См.: Словарь административного права. М., 1999. С.220.

*(8) Садыков Б.Ф. Соотношение субъекта и объекта, объективного и субъективного в деятельности людей. Философские проблемы сознания и познания // Научные труды. Серия «Философия». Новосибирск, 1965. Вып.1. С.48.

*(9) См.: Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия. М., 1997. С.282.

*(10) См.: Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. М.: Госюриздат, 1955. С.116-117.

*(11) См.: Коваль Л.В. Административно-деликтное отношение. Минск: Вища школа, 1979. С.29.

*(12) С.С.Алексеев при решении вопроса об объекте учитывает, к какой отрасли права принадлежит то или иное общественное отношение. См.: Алексеев С.С. Общая теория социалистического права. Вып.2. С.148-149; Коваль Л. В. Указ. соч. С.30.

*(13) См., например: Бахрах Д.Н. Административное право России. М., 2000. С.490; Административное право: Учебник / Под ред. Ю.М. Козлова, Л.Л. Попова. М., 2000. С.320.

*(14) См.: Старилов Ю.Н. Административная юстиция: проблемы теории. Воронеж, 1998. С.62-67.

*(15) См.: Там же. С.62.

*(16) См.: Бельский К.С. Феноменология административного права. Смоленск, 1995. С.125.

*(17) Подробно о конституционных правах и свободах человека см.: Бондарь Н.С. Конституционный статус личности: понятие и юридическая природа // Методологические проблемы государства и права: Межвузовский сборник. Куйбышев, 1986. С.74-81; Воеводин Л.Д.

Юридический статус личности в России: Учебное пособие. М., 1997. С.142-157; Он же. Конституционные права и обязанности советских граждан. М., 1972; Общая теория прав человека / Под ред. Е.А. Лукашевой. М., 1996; Эбзеев Б.С. Конституция. Демократия. Права человека.

Москва — Черкасск: Пул, 1992.

*(18) См.: Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России: Учебник. М.: Юристъ, 1999. С.189-192.

*(19) См.: Елистратов А.И. Понятие о публичном субъективном праве. М., 1913; Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 1886; Он же. Лекции по общей теории права. СПб., 1894; Он же. Лекции по общей теории права. СПб.

, 1909; Котляревский С.А. Власть и право: Проблема правового государства. М.: Тип.Мысль, 1915; Рождественский Л. Теория субъективных прав: Критико-систематическое исследование. М., 1913. Вып.1.

Основные вопросы теории субъективных публичных прав.

*(20) См., например: Sarwey O. Von Allgemeines Verwaltungsrecht. Tuebingen, 1884.

*(21) См.: Шершеневич Г. Ф. История философии права. М., 1907. С.314; Gerber G. Ueber Oeffentliche Rechte. 1852. S.75-80.

*(22) См.: Еллинек Г. Общее учение о государстве. М., 1908. С.304-311.

*(23) Елистратов А.И. Основные начала административного права // Российское полицейское (административное) право: конец XIX — начало ХХ века: Хрестоматия. Воронеж: Издательство ВГУ, 1999. С.511.

*(24) Дурденевский В.Н. Субъективное право и его основное разделение // Правоведение. 1994. N 3. С.82.

*(25) См.: Старилов Ю.Н. Административная юстиция. Проблемы теории. Воронеж, 1998. С.64.

Источник: https://base.garant.ru/5116453/

Studio-pravo
Добавить комментарий