Поводы обращения в Конституционный Суд: Вч. 4 ст. 125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ

Запросы судов в конституционный суд Российской Федерации в порядке части 4 статьи 125 конституции Российской Федерации

Поводы обращения в Конституционный Суд: Вч. 4 ст. 125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ

Кокотов Александр Николаевич, судья Конституционного Суда Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор.

В статье анализируются проблемные вопросы проверки Конституционным Судом РФ конституционности законов по запросам судов в рамках последующего конкретного нормоконтроля, в том числе о судах, правомочных на обращение с запросом в Конституционный Суд, основаниях и природе обращения суда с запросом, предмете запроса.

Ключевые слова: Конституционный Суд, последующий конкретный нормоконтроль, запрос суда, закон, проверка конституционности закона.

Courts' requests to the Constitutional Court of the Russian Federation according to Article 125 (§ 4) of the Russian Constitution

A.N. Kokotov

Kokotov A.N. — judge at the Constitutional Court of the Russian Federation, Doctor of Law, Professor.

The article offers an analysis of the issues regarding the control of constitutionality of laws by the Russian Constitutional Court on courts' requests within the framework of a posteriori normative control in concreto. The analysis focuses, among other issues, on determination of courts having competence to lodge a request with the Constitutional Court, on the grounds and nature of such request and its subject-matter.

Keywords: Constitutional Court, a posteriori normative control in concreto, court's request, law, control of constitutionality of law.

Часть 4 ст. 125 Конституции РФ определяет, что Конституционный Суд РФ по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом.

О каком порядке здесь идет речь — порядке проверки Конституционным Судом РФ конституционности закона или порядке применения закона в конкретном судебном деле? Грамматический анализ данного положения (учет обычных правил расставления запятых) позволяет сделать выбор в пользу первого варианта.

При этом в указанной статье Конституции применительно к иным видам конституционного судопроизводства не называется вид акта, их устанавливающий.

Порядок проверки Конституционным Судом РФ конституционности законов по жалобам граждан и по запросам судов, как и иных видов конституционного судопроизводства, установлен Федеральным конституционным законом от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Урегулирование очерченных отношений, как и статуса Конституционного Суда РФ, порядка его деятельности, в целом федеральным конституционным законом вытекает из ч. 3 ст. 118 Конституции РФ, получившей конкретизацию в ч. 2 ст. 18 ФКЗ от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации». С учетом отмеченного следует заключить, что понятие «федеральный закон» в ч. 4 ст.

125 Конституции РФ использовано в его широком смысле как обозначающее не вид закона, а закон федерального уровня .

Избранный на основе грамматического толкования вариант понимания ч. 4 ст. 125 Конституции РФ все же не исключает возможности иного ее прочтения, в том числе исходящего из того, что в ней говорится о порядке применения закона уполномоченным органом в конкретном деле. В системе действующего регулирования это процессуальные кодексы (ГПК, АПК, УПК). Системное толкование Конституции порой может вести к извлечению из нее смыслов, отличающихся от тех, что диктуются первичным приложением к ней обычных грамматических правил. Окончательное же толкование остается за Конституционным Судом РФ.

Порядок проверки Конституционным Судом РФ конституционности законов по запросам судов как процессуальное выражение последующего конкретного конституционно-судебного нормоконтроля установлен положениями главы XIII ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», другими статьями этого закона.

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 названного Закона Конституционный Суд по запросам судов проверяет конституционность закона, подлежащего применению соответствующим судом в конкретном деле.

Что касается законов, уже примененных в судебных делах, то они составляют предмет конституционно-судебного контроля, осуществляемого по жалобам граждан. До внесения Федеральным конституционным законом от 3 ноября 2010 г.

N 7-ФКЗ изменений в ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» суды могли направлять запросы в Конституционный Суд о конституционности законов, не только подлежащих применению, но и примененных в соответствующих судебных делах.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/72844-zaprosy-sudov-konstitucionnyj-rossijskoj-federacii-poryadke-chasti

Постановление Конституционного Суда РФ от 01.07.2015 N 18-П

Поводы обращения в Конституционный Суд: Вч. 4 ст. 125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 1 июля 2015 г. N 18-П

ПО ДЕЛУ О ТОЛКОВАНИИ

СТАТЕЙ 96 (ЧАСТЬ 1) И 99 (ЧАСТИ 1, 2 И 4) КОНСТИТУЦИИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

с участием представителей Совета Федерации как стороны, обратившейся с запросом в Конституционный Суд Российской Федерации, — председателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству, члена Совета Федерации А.А. Клишаса и полномочного представителя Совета Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации А.И. Александрова,

руководствуясь статьей 125 (часть 5) Конституции Российской Федерации, пунктом 4 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, статьями 36, 74 и 105 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в открытом заседании дело о толковании статей 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела явился запрос Совета Федерации. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в понимании указанных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи.

Заслушав сообщение судьи-докладчика С.Д. Князева, объяснения представителей Совета Федерации, выступления приглашенных в заседание полномочного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации Д.Ф.

Вяткина, одновременно представлявшего парламентскую фракцию Всероссийской политической партии «Единая Россия», представителя парламентской фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации» — депутата Государственной Думы Ю.П.

Синельщикова, представителя парламентской фракции политической партии «Справедливая Россия» — депутата Государственной Думы А.Г. Тарнавского, полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.В.

Кротова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1.

Статья 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации предусматривает, что Государственная Дума избирается сроком на пять лет.

Согласно статье 99 Конституции Российской Федерации Федеральное Собрание является постоянно действующим органом (часть 1); Государственная Дума собирается на первое заседание на тридцатый день после избрания; Президент Российской Федерации может созвать заседание Государственной Думы ранее этого срока (часть 2); с момента начала работы Государственной Думы нового созыва полномочия Государственной Думы прежнего созыва прекращаются (часть 4).

Совет Федерации просит дать толкование названных положений Конституции Российской Федерации, поскольку они не содержат прямого ответа на вопрос, допустим ли перенос в конституционно значимых целях даты очередных выборов депутатов Государственной Думы, сопряженный с незначительным в месячном выражении уменьшением пятилетнего срока полномочий, на который согласно Конституции Российской Федерации избиралась Государственная Дума текущего созыва, что порождает неопределенность в их понимании.

Совет Федерации считает, что совпадение пятилетнего, установленного статьей 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации, и реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы не является безусловным конституционным требованием, и приводит в обоснование своей позиции следующие доводы: полномочия Государственной Думы могут быть прекращены до истечения срока, на который она была избрана, в случае ее роспуска Президентом Российской Федерации (статья 111, часть 4; статья 117, части 3 и 4, Конституции Российской Федерации); возможность расхождения нормативного (пятилетнего) и реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы вытекает также из статьи 99 Конституции Российской Федерации, предусматривающей прекращение полномочий Государственной Думы прежнего созыва с момента начала работы Государственной Думы нового созыва (часть 4), притом что Государственная Дума нового созыва может собраться на первое заседание как на тридцатый день после избрания, так и ранее указанного срока, если решение об этом будет принято Президентом Российской Федерации (часть 2); кроме того, отступление от установленного статьей 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации пятилетнего срока может быть обусловлено проведением повторных выборов Государственной Думы.

Исходя из этого, как полагает Совет Федерации, статьи 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации не исключают возможность однократного незначительного в месячном выражении сокращения срока полномочий Государственной Думы текущего созыва в конституционно значимых целях, в частности в целях переноса даты очередных выборов Государственной Думы на единый день ания (тем более что Конституционный Суд Российской Федерации ранее в своих решениях признавал, что синхронизация сроков проведения выборов, совмещение дней ания на выборах разного уровня и введение единого дня ания могут служить достаточным основанием для продления или сокращения сроков полномочий органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления).

2. Как следует из запроса, фактической предпосылкой потребности в толковании статей 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации послужила законодательная инициатива депутатов Государственной Думы, направленная на изменение даты очередных выборов Государственной Думы следующего (седьмого) созыва.

Согласно действующему избирательному законодательству датой проведения очередных выборов Государственной Думы должно являться первое воскресенье месяца, в котором истекает конституционный срок, на который была избрана Государственная Дума предыдущего созыва; исчисление конституционного срока полномочий Государственной Думы осуществляется со дня ее избрания, каковым считается день ания, в результате которого она была избрана в правомочном составе (часть 2 статьи 5 Федерального закона от 22 февраля 2014 года N 20-ФЗ «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»). Применительно к выборам Государственной Думы седьмого созыва — с учетом того, что избрание Государственной Думы шестого созыва состоялось 4 декабря 2011 года, — приведенное правовое регулирование предписывает их назначение на 4 декабря 2016 года.

Принятый Государственной Думой 19 июня 2015 года в первом чтении проект федерального закона N 815174-6 «О внесении изменений в статьи 5 и 102 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» предполагает перенос даты очередных выборов Государственной Думы седьмого созыва на третье воскресенье сентября 2016 года, что повлечет за собой сокращение срока полномочий Государственной Думы текущего (шестого) созыва на два с половиной месяца; при этом в качестве дня ания на всех последующих очередных выборах Государственной Думы предлагается установить третье воскресенье месяца, в котором будет истекать срок, закрепленный статьей 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

По смыслу правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в ряде решений (определения от 7 декабря 1995 года N 80-О, от 11 июня 1999 года N 104-О, от 25 декабря 2003 года N 430-О, от 16 декабря 2004 года N 395-О и др.

), рассмотрение запроса о толковании Конституции Российской Федерации не должно подменять собой иные виды конституционного судопроизводства, а потому Конституционный Суд Российской Федерации воздерживается от толкования Конституции Российской Федерации в ситуации, когда в Государственной Думе идет законодательный процесс и запрос о толковании Конституции Российской Федерации, по существу, представляет собой попытку получить предварительную оценку конституционности конкретных положений соответствующего законопроекта.

Однако этот вывод не имеет универсального значения и не распространяется на случаи, когда поставленный в обращении о толковании Конституции Российской Федерации вопрос является принципиальным с точки зрения конституционной допустимости концепции, т.е.

самой идеи, того или иного законодательного решения, а в понимании содержащихся в соответствующих нормах Конституции Российской Федерации предписаний — применительно к поставленному вопросу — действительно имеется неопределенность.

В подобных случаях Конституционный Суд Российской Федерации — принимая во внимание требование статьи 15 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, обязывающей всех соблюдать Конституцию Российской Федерации, в том числе не допускать принятия противоречащих ей законов, — не вправе воздерживаться от устранения обнаружившейся неопределенности путем толкования Конституции Российской Федерации, тем более если автором соответствующего запроса выступает Совет Федерации, которому предстоит рассматривать вопрос об одобрении закона в случае его принятия Государственной Думой. Иное не отвечало бы предназначению Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленному в статье 125 Конституции Российской Федерации и конкретизирующей ее положения статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», возлагающих на него защиту основ конституционного строя, основных прав и свобод человека, обеспечение верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей территории Российской Федерации.

С учетом изложенного и исходя из требований статей 36, 74 и 105 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в силу которых Конституционный Суд Российской Федерации, рассматривая вопрос о толковании положений Конституции Российской Федерации, принимает постановление только по предмету, указанному в запросе, не будучи связанным при этом основаниями и доводами заявителя, статьи 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации являются в настоящем деле предметом толкования Конституционного Суда Российской Федерации лишь применительно к вопросу о том, допускают ли содержащиеся в них положения однократное незначительное сокращение в конституционно значимых целях пятилетнего срока полномочий, на который избиралась Государственная Дума текущего созыва.

Принимая во внимание ходатайства Совета Федерации и Государственной Думы о рассмотрении вопроса о толковании статей 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации в как можно более короткие сроки, обусловленные начавшимся законодательным процессом, Конституционный Суд Российской Федерации счел необходимым рассмотреть настоящее дело в срочном, первоочередном порядке.

3.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации как демократическом федеративном правовом государстве с республиканской формой правления является ее многонациональный народ; высшим непосредственным выражением власти народа выступают — наряду с референдумом — свободные выборы, благодаря проведению которых граждане посредством реализации права избирать и быть избранными в органы публичной, в том числе законодательной, власти имеют возможность участвовать в управлении делами государства (статья 1, часть 1; статья 3, части 1 и 3; статья 10; статья 11, части 1 и 2; статья 32, части 1 и 2).

Государственная Дума, как следует из статей 11 (часть 1), 94, 95 (часть 1) и 99 (часть 1) Конституции Российской Федерации, входит в качестве одной из двух палат в состав Федерального Собрания — парламента Российской Федерации, являющегося постоянно действующим представительным и законодательным органом Российской Федерации.

Согласно статьям 96 (часть 1) и 99 (части 2 и 4) Конституции Российской Федерации Государственная Дума избирается сроком на пять лет и собирается на первое заседание на тридцатый день после избрания, если Президент Российской Федерации не созовет его ранее данного срока; с момента начала работы Государственной Думы нового созыва полномочия Государственной Думы прежнего созыва прекращаются.

Из приведенных конституционных положений в их взаимосвязи вытекают обязательность и периодичность выборов Государственной Думы на предусмотренный нормативный срок, своевременное проведение которых должно обеспечивать регулярное обновление ее состава и одновременно гарантировать непрерывность народного представительства при осуществлении федеральной законодательной власти, что согласуется с общепринятыми избирательными стандартами, которые получили, по сути, всеобщее признание в международно-правовых актах, являющихся в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы России, — Международном пакте о гражданских и политических правах (статья 25), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (статья 3 Протокола N 1) и Конвенции о стандартах демократических выборов, избирательных прав и свобод в государствах — участниках Содружества Независимых Государств (статьи 1 и 6).

Закрепление в статье 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации срока полномочий Государственной Думы, являющегося необходимым элементом ее конституционного статуса, будучи частью системы сдержек и противовесов, наличие которой продиктовано принципом разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную (статья 10 Конституции Российской Федерации), служит обеспечению самостоятельности и независимости Государственной Думы как одного из высших органов государственной власти Российской Федерации и вместе с тем направлено на поддержание согласованного функционирования и взаимодействия с другими органами государственной власти (статья 80, часть 2, Конституции Российской Федерации). Соответственно, избрание Государственной Думы должно осуществляться на конституционно установленный пятилетний срок, призванный задавать реальную периодичность федеральных парламентских выборов, без которой немыслима демократическая природа народовластия.

Признавая единственным легальным способом формирования Государственной Думы периодически проводимые подлинные выборы, Конституция Российской Федерации, прямо указывая на их назначение Президентом Российской Федерации (статья 84, пункт «а»), а также закрепляя четырехмесячный срок, не позднее которого с момента роспуска Государственной Думы должно быть проведено первое заседание вновь избранной Государственной Думы (статья 109, часть 2), вместе с тем непосредственно не определяет ни порядок их организации, ни конкретный день, на который они должны назначаться. Решение соответствующих вопросов, как следует из статей 71 (пункты «а», «в», «г»), 76 (часть 1), 84 (пункт «а») и 96 (часть 2) Конституции Российской Федерации, относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, реализуя которые он обязан исходить из предназначения выборов в демократическом правовом государстве, необходимости соблюдения общепризнанных принципов всеобщего, равного, свободного и прямого избирательного права, а также конституционного статуса Государственной Думы как одной из палат постоянно действующего российского парламента, что не препятствует поиску оптимальных вариантов регламентации избирательных процедур, опосредующих проведение выборов Государственной Думы.

В этом контексте пятилетний нормативный срок полномочий Государственной Думы, установленный статьей 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации, не означает, что выборы Государственной Думы нового созыва должны — вне зависимости от каких-либо обстоятельств — непременно проводиться не ранее и не позднее фактического истечения указанного срока. Отклонения от него могут быть вызваны роспуском Государственной Думы Президентом Российской Федерации в соответствии со статьями 84 (пункт «б»), 109 (части 1 и 2), 111 (часть 4) и 117 (части 3 и 4) Конституции Российской Федерации, введением на основании Конституции Российской Федерации военного положения (статья 87, часть 2) или чрезвычайного положения (статья 88), а также иными, прямо не упомянутыми в ней, но нашедшими отражение в избирательном законодательстве причинами (отложением дня ания для дополнительного выдвижения федеральных списков кандидатов, проведением повторных выборов и др.). Для таких случаев федеральный законодатель не только вправе, но и обязан предусмотреть особые правила назначения выборов Государственной Думы, без которых порядок ее формирования не отвечал бы конституционно значимым критериям правовой определенности.

Следовательно, взаимосвязанные положения статей 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации — по их смыслу в нормативном единстве с другими конституционными положениями — не исключают возможность расхождения конституционно установленного (нормативного) и реального (фактического) сроков полномочий Государственной Думы и тем самым — изменения даты проведения ее выборов.

4.

Оценивая принципиальную допустимость изменения реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы текущего созыва, в том числе в целях переноса даты выборов Государственной Думы следующего созыва, прежде всего необходимо исходить из того, что очередные выборы Государственной Думы должны, по общему правилу, проводиться с соблюдением срока, установленного статьей 96 (часть 1) Конституции Российской Федерации, и что федеральный законодатель вправе принять решение об изменении даты выборов, влекущее некоторое сокращение реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы текущего созыва, только если издержки такого решения в достаточной степени компенсируются значимостью преследуемых им целей, которые, хотя и относятся к сфере законодательного усмотрения, должны быть конституционно оправданными, а иные правовые средства их достижения отсутствуют или не лишены — в балансе конституционных ценностей — сопоставимых недостатков.

Конституционная целесообразность сокращения фактического срока полномочий Государственной Думы текущего созыва может быть, в частности, обусловлена переносом даты очередных выборов Государственной Думы следующего созыва на единый день ания, предусмотренный федеральным законом для проведения выборов в органы государственной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления, что, как показывает накопленный опыт проведения совмещенных выборов, приводит к заметным позитивным результатам, выражающимся в упорядочении электоральных циклов, экономии бюджетных средств, повышении явки избирателей и т.д. К тому же перенос именно даты выборов Государственной Думы на единый день ания позволяет проводить их одновременно с региональными и муниципальными выборами, не прибегая к изменению сроков полномочий соответствующих органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, что — вследствие отнесения федеративной природы российской государственности и самостоятельности местного самоуправления к основам конституционного строя России (статья 1, часть 1; статья 5, части 1 и 3; статья 12 Конституции Российской Федерации) — также не может рассматриваться как не имеющее конституционного смысла.

Вместе с тем даже конституционно оправданное (с точки зрения преследуемых целей) изменение даты очередных выборов, ведущее к сокращению реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы текущего созыва, требует соблюдения всей совокупности закрепленных в Конституции Российской Федерации принципов и норм, равно как и учета выраженных в ней целей и ценностей. Соответственно, оно может иметь место лишь в качестве исключительной, экстраординарной меры, не превращаясь в организационно-правовое обыкновение. При этом расхождение реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы текущего созыва с конституционно установленным нормативным сроком (статья 96, часть 1, Конституции Российской Федерации) должно быть минимально незначительным, с тем чтобы такое изменение, не отступая от принципов периодичности очередных выборов Государственной Думы и непрерывности ее деятельности, во всяком случае не воспринималось как неправомерное отступление от конституционно установленного пятилетнего срока, на который избирается Государственная Дума, и к тому же — как преодоление воли конституционного законодателя, выраженной в Законе Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 30 декабря 2008 года N 6-ФКЗ «Об изменении срока полномочий Президента Российской Федерации и Государственной Думы», предусмотревшем увеличение срока, на который избирается Государственная Дума, с четырех до пяти лет (статья 1).

Какими бы ни были конкретные конституционно значимые цели, на достижение которых направлено решение федерального законодателя о сокращении фактического срока полномочий Государственной Думы, его юридические последствия могут касаться лишь депутатов Государственной Думы действующего созыва, поскольку Государственная Дума каждого созыва, за исключением первого (пункт 7 раздела второго Конституции Российской Федерации), должна — исходя из Конституции Российской Федерации, имеющей высшую юридическую силу и прямое действие (статья 15, часть 1), — избираться на срок, установленный ее статьей 96 (часть 1).

Кроме того, перенос (смещение) даты очередных выборов депутатов Государственной Думы должен осуществляться заблаговременно, с тем чтобы граждане, политические партии и другие заинтересованные лица — с учетом фактора приближения даты их проведения — не были ограничены в возможности надлежащим образом подготовиться к избирательной кампании.

В противном случае сокращение срока полномочий Государственной Думы текущего созыва приводило бы к нарушению вытекающего из статей 1 (часть 1), 2, 15 (часть 2), 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации принципа поддержания доверия к закону и действиям государства, который предполагает ответственность законодателя за качество принимаемых решений, обеспечение присущей природе законодательных актов стабильности правового регулирования, недопустимость внесения произвольных изменений в действующую систему правовых норм, предоставление гражданам и их объединениям адекватных временных и иных возможностей для адаптации к изменившимся нормативным условиям приобретения и реализации соответствующих прав и свобод.

Сокращение фактического срока полномочий Государственной Думы текущего созыва не должно также использоваться — вопреки принципам политического многообразия и многопартийности, равенства и свободы деятельности общественных объединений (статья 13, части 3 и 4; статья 19, части 1 и 2; статья 30, часть 1, Конституции Российской Федерации) — для произвольного ограничения политической конкуренции на выборах, в том числе посредством создания электоральных преимуществ для одних политических партий, включая парламентские, в ущерб интересам других политических партий.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 71, 72, 74, 75, 78, 79 и 106 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1.

Положения статей 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с другими ее положениями не исключают возможности однократного изменения федеральным законом даты очередных выборов, ведущего к сокращению реального (фактического) срока полномочий Государственной Думы текущего созыва, при условии, что такое сокращение осуществляется в конституционно значимых целях, заблаговременно, не влечет за собой отступления от разумной периодичности проведения очередных выборов Государственной Думы и непрерывности ее деятельности и является минимально незначительным.

2. Толкование статей 96 (часть 1) и 99 (части 1, 2 и 4) Конституции Российской Федерации, данное Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Постановлении, является официальным и общеобязательным.

3.

Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения и действует непосредственно.

4.

Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете», «Собрании законодательства Российской Федерации» и на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Конституционный Суд

Российской Федерации

Источник: https://legalacts.ru/doc/postanovlenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-01072015-n/

1. Поводы обращения в Конституционный Суд

Поводы обращения в Конституционный Суд: Вч. 4 ст. 125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ

В ч. 4 ст.

125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом. Следовательно, предпосылкой для обращения в Конституционный Суд РФ с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод является:

а)         конкретное дело (административное, уголовное, гражданское и т.д.);

б)         в этом деле суд  или иной орган применяет определенный закон или может его
применить;

в)         в   результате   применения   этого   закона   права   или   свободы,   гарантированные
Конституцией РФ, могут быть нарушены или ограничены.

Например, в 1999 г. предметом рассмотрения Конституционным Судом РФ стала жалоба жительницы города Нижнего Тагила Свердловской области Арбузовой Елены Анатольевны. Она, как председатель Свободного профсоюза работников МП «Медавтотранс», была по постановлению суда привлечена к административной ответственности в виде штрафа по ст.

165.10 КоАП РСФСР за невыполнение законных требований прокурора. Требования прокурора состояли в том, чтобы Арбузова Е.А. прекратила начавшуюся на предприятии забастовку водителей «скорой помощи». Препятствием к обжалованию постановления суда явились положения ст.

266 и 267 КоАП РСФСР, согласно которым постановление районного суда являлось окончательным, не подлежащим обжалованию в порядке производства по делам об административных правонарушениях и вступало в силу немедленно.

В этой ситуации имело место ограничение таких конституционных прав, как право на судебную защиту — невозможность обжаловать в вышестоящий суд постановление суда первой инстанции (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ) и право собственности — уплаченная в виде штрафа денежная сумма (ч. 1 ст. 35 Конституции РФ).

Единственным способом защитить свои права явилось обращение в Конституционный Суд РФ, который Постановлением от 28 мая 1999 г. N 9-П признал не соответствующими Конституции РФ отдельные положения ст. 266 и 267 КоАП РСФСР .

Конституционный Суд РФ выразил свою правовую позицию в отношении термина «конкретное дело», упоминаемого в ст. 97 Закона о КС РФ. Так, отказывая в принятии жалобы И.Н. Половцева к рассмотрению, Конституционный Суд РФ в Определении от 5 июля 2002 г. N 187-O указал, что»…

конкретным делом в смысле указанных положений Конституции РФ и Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является то дело, в котором судом или иным правоприменительным органом в установленной юрисдикционной и иной процедуре разрешается затрагивающий права и свободы заявителя вопрос на основе норм соответствующего закона, устанавливаются и (или) исследуются фактические обстоятельства. Гражданин при этом обязан приложить к жалобе копию официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения оспариваемого закона при разрешении его конкретного дела (ч. 2 ст. 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ»)».

Именно по этой причине неподведомственны Конституционному Суду РФ все жалобы, в которых ставится вопрос о проверке конституционности положений Закона о КС РФ, регламентирующих процедуру обращения и рассмотрения таких жалоб.

Действительно, положения Закона о КС РФ применяются Конституционным Судом РФ и на стадии принятия жалобы к рассмотрению, которая может завершиться определением об отказе в принятии, и на стадии рассмотрения конституционной жалобы по существу, которая, как правило, завершается итоговым решением Конституционного Суда РФ в форме постановления. В силу ст. 125 Конституции РФ Конституционный Суд РФ при рассмотрении жалобы гражданина или объединения граждан в рамках конституционного судопроизводства решает вопросы исключительно права и не может исследовать фактические обстоятельства дела, относящиеся к конкретному делу. Иными словами, понятие конституционное судопроизводство не подпадает под понятие «конкретное дело».

То обстоятельство, что закон применен или подлежит применению в конкретном деле, должно быть документально подтверждено.

В Конституционный Суд РФ должны быть представлены либо судебные постановления, в том числе и не вступившие в законную силу, либо акты иного правоприменительного органа.

Например, постановление по делу об административном правонарушении, постановление фонда социального страхования или налоговой инспекции о привлечении к налоговой ответственности.

В силу ч. 2 ст. 96 Закона о КС РФ орган или должностное лицо, рассмотревшие дело, обязаны по просьбе гражданина выдать ему копию документа, подтверждающего применение или возможность применения оспариваемого закона в конкретном деле. Прилагаемый к конституционной жалобе судебный акт или решение правоприменительного органа должны быть надлежащим образом заверены.

В некоторых ситуациях Конституционный Суд РФ может признать, что наличие именно судебного акта (а не акта иного органа власти) является обязательным условием для обращения с конституционной жалобой, поскольку иное могло бы привести к вмешательству Конституционного Суда РФ в деятельность судов общей юрисдикции. В качестве примера можно привести Определение от 9 апреля 2002 г. N 113-O об отказе в принятии жалоб ряда граждан на нарушение их конституционных прав п. 1 ст. 9 и п. 5 ст. 11 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» .

При определенных обстоятельствах Конституционный Суд РФ может установить, что конституционная жалоба подана заявителем преждевременно, т.е.

вопрос о применении в конкретном деле нормы закона еще не решен окончательно; в судебных инстанциях продолжается рассмотрение спора, в связи с чем сложно сказать, что оспариваемая норма закона действительно будет применена в деле заявителя. По указанному основанию Конституционный Суд РФ прекратил производство по делу о проверке конституционности ст.

21 Закона РФ от 21 июля 1993 г. N 5485-1 «О государственной тайне» в связи с жалобой ОАО НПЦ «Информатика» . В качестве оснований для прекращения производства по данной жалобе Конституционный Суд РФ указал:

Представленные материалы свидетельствуют о том, что процесс применения статьи 21 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» в делах заявителя не завершен.

Производство в арбитражном суде продолжается, в настоящее время нельзя считать, что оспариваемое законоположение применено или подлежит применению в этих делах, и, следовательно, невозможно выяснить, нарушаются ли им конституционные права и свободы заявителя».

В некоторых случаях заявители преждевременно используют обращение с конституционной жалобой как способ защиты нарушенного права, хотя их стремление вполне оправданно и объяснимо.

Но Конституционный Суд РФ, как в вышеприведенном деле, неоднократно подчеркивал, что конституционное судопроизводство применяется только тогда, когда отсутствуют иные механизмы защиты прав человека.

Если же есть хоть малейший шанс, что вынесенное судебное решение или акт иного органа власти будут пересмотрены вышестоящей инстанцией до момента окончательного решения по конкретному делу, подача конституционной жалобы может быть расценена как преждевременная.

Следует отметить, что судьба дела по иску ОАО НПЦ «Информатика» автору неизвестна, однако если предположить, что надзорное производство по этому делу в Высшем Арбитражном Суде РФ также закончилось применением оспоренных положений Закона РФ «О государственной тайне РФ», то у заявителя сохраняется право вновь обратиться с конституционной жалобой по тем же основаниям.

Таким образом, адвокату при подготовке обращения в Конституционный Суд РФ следует иметь в виду, что в отличие от судов общей юрисдикции и арбитражных судов Конституционный Суд РФ не осуществляет абстрактного нормоконтроля, т.е. не осуществляет проверку конституционности примененного закона вне связи с конкретным делом, которое рассматривается или уже рассмотрено в суде или ином органе.

В связи с тем, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды в силу положений соответствующего процессуального законодательства уполномочены рассматривать дела о признании недействующими нормативных правовых актов, нарушающих права и свободы граждан, полностью или в части, на практике часто возникали вопросы о разграничении компетенции Конституционного Суда РФ и судов общей юрисдикции. В настоящий момент эти вопросы разрешены в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 июля 1998 г. N 19-П «По делу о толковании отдельных положений ст. 125, 126 и 127 Конституции РФ» , Постановлении Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 21 и п. 3 ст. 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом судебный коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ» , Постановлении Конституционного Суда РФ от 18 июля 2003 г. N 13-П «По делу о проверке конституционности положений ст. 115 и 231 ГПК РСФСР, ст. 26, 251 и 253 ГПК РФ, ст. 1, 21 и 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросами Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан, Государственного Совета Республики Татарстан и Верховного Суда Республики Татарстан» , Постановлении Конституционного Суда РФ от 27 января 2004 г. N 1-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений п. 2 ч. 1 ст. 27, ч. 1, 2, 4 ст. 251, ч. 2 и 3 ст. 253 ГПК РФ в связи с запросом Правительства РФ» .

Итак, Конституционный Суд РФ «работает» только с Конституцией РФ, точнее, проверяет закон на соответствие именно основному закону нашего государства. Иными словами, в конституционной жалобе должен быть поставлен вопрос о несоответствии положений закона именно Конституции РФ.

В практике не исключена возможность появления такой ситуации, когда действующий закон противоречит положениям не Конституции РФ, а международного договора. Подобная ситуация может появиться как в результате отсутствия в Конституции РФ какого-либо положения, которое включено в международный договор, так и в результате противоречия самой Конституции РФ положениям международного договора.

Но Конституционному Суду РФ неподведомственны жалобы, в которых заявители ссылаются на нарушение их прав в связи с несоответствием национального закона положениям международного договора.

Так, например, в своем Определении по жалобе ОАО «Реалбаза N 1» на нарушение конституционных прав ст.

188 АПК РФ Конституционный Суд РФ отметил, что он не вправе рассматривать вопрос о том, действительно ли внутренний закон Российской Федерации противоречит международному законодательству; существует ли несоответствие между международно-правовым актом и подлежащим применению арбитражным судом внутренним законом .

Конституционный Суд РФ не может лишить закон его юридической силы на том основании, что он (закон) противоречит именно международному договору, ратифицированному нашим государством.

В этом случае для защиты (восстановления) нарушенных прав и свобод у гражданина есть право обратиться непосредственно в международные контрольные органы (Комитет по правам человека, действующий в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах, или в Европейский суд по правам человека, действующий на основании Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Следующее, что адвокату следует учитывать при подготовке к обращению в Конституционный Суд РФ, — это «экстраординарность» механизма конституционного судопроизводства как одного из способов судебной защиты прав человека.

Экстраординарность в данном случае означает, что этот механизм используется в случаях, когда конституционное судопроизводство является единственным способом защиты и восстановления нарушенных прав.

Без признания закона или его отдельных положений не соответствующими Конституции РФ нарушение прав и свобод будет продолжаться, поскольку другие механизмы защиты не могут быть задействованы в силу положений законодательства.

Этот вывод нашел закрепление в Определении Конституционного Суда РФ от 10 ноября 2002 г. N 281-О о прекращении производства по делу по жалобам ряда граждан и по запросу Правительства города Москвы, оспаривавших конституционность отдельных положений Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» и ст.

6 Устава города Москвы в той части, в какой они допускали наличие «двойного статуса» представительного и исполнительного органа власти города Москвы — как органов государственной власти субъекта РФ и одновременно как органов местного (городского) самоуправления .

В Определении Конституционный Суд РФ так сформулировал свою правовую позицию:

«Предназначение Конституционного Суда РФ как судебного органа конституционного контроля в рамках его компетенции по рассмотрению жалоб граждан на нарушение их конституционных прав и свобод, как это определено в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», предполагает необходимость конституционного судопроизводства в случаях, когда без проверки конституционности оспариваемого закона нарушенные права и свободы не могут быть восстановлены. Если же права заявителя могут быть защищены вне зависимости от признания оспариваемого закона не соответствующим Конституции РФ, поставленный им вопрос не подлежит разрешению в заседании Конституционного Суда РФ. Следовательно, начатое Конституционным Судом РФ производство по жалобе гражданина в случае утраты оспариваемыми нормами юридической силы не порождает обязанность Конституционного Суда РФ продолжить рассмотрение дела, если это не будет иметь значения для восстановления прав и свобод заявителя, которые подлежат защите в условиях нового правового регулирования».

Адвокату следует иметь в виду, что обращение в Конституционный Суд РФ возможно и в тех случаях, когда конституционные права и свободы нарушены не федеральным нормативным правовым актом, а законом субъекта РФ, противоречащим федеральному закону.

Несмотря на то что в подобных делах процессуальное законодательство возлагает на суд общей юрисдикции обязанность применять акт более высокой юридической силы, т.е.

федеральный закон или непосредственно нормы Конституции РФ, если данная обязанность не была выполнена судом, и в результате конституционные права гражданина были нарушены, Конституционный Суд имеет право принять решение о необходимости применения конституционного судопроизводства в целях проверки закона субъекта РФ на соответствие Конституции РФ.

Примером этому является рассмотрение Конституционным Судом РФ жалобы Т.В. Близинской. В этой жалобе она указывала на нарушение ее конституционных прав Законом г. Москвы от 16 июля 1997 г. N 34 «Об основах платного землепользования в городе Москве» при следующих обстоятельствах: Близинская Т.В. в 1963 г.

вступила в права наследства и на законных основаниях приобрела право собственности на дом и право на постоянное (бессрочное) пользование земельным участком, расположенным в пределах города Москвы, размером 0,2291 га. Затем был принят Закон г.

Москвы «Об основах платного землепользования в городе Москве», согласно которому гражданам-землевладельцам предоставлялось право пожизненного наследуемого владения земельными участками, причем в пределах Московской кольцевой дороги размер таких участков ограничивался площадью в 0,06 га, за ее пределами — 0,12 га, сверх же указанных площадей земельные участки предоставлялись в аренду. В результате применения указанного Закона за Близинской Т.В. в конечном итоге на праве пожизненного наследуемого владения был закреплен земельный участок площадью 0,12 га, остальную часть земельного участка ей предлагалось взять в аренду. Несмотря на то, что в спорный период времени действовало федеральное законодательство, которым было установлено, что земельные участки, полученные гражданами до 1 января 1991 г. и находящиеся в их пожизненном наследуемом владении и пользовании, в том числе сверх установленных предельных размеров… сохраняются за гражданами в полном размере, суды общей юрисдикции, рассмотрев иск Близинской Т.В. о признании права пожизненного наследуемого владения на земельный участок в полном размере, отказали в удовлетворении ее исковых требований, сославшись на Закон г. Москвы «Об основах платного землепользования в г. Москве».

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 13 декабря 2001 г. N 16-П указал:

«Наличие на момент принятия Закона города Москвы «Об основах платного землепользования в городе Москве» федерального законодательства, которым регулируются отношения, касающиеся постоянного (бессрочного) пользования и пожизненного наследуемого владения земельными участками и их перерегистрации, исключает для законодательного органа субъекта РФ установление собственного регулирования в противоречие с федеральным. Принятые вопреки данному запрету, т.е. с нарушением компетенции, акты субъектов РФ применению не подлежат, а ограниченные ими права граждан во всяком случае могут и должны быть восстановлены в процессе правоприменения на основе прямого действия Конституции РФ и приоритета федерального закона. Конституционный Суд РФ не вправе отказать в проверке конституционности закона субъекта РФ по жалобе гражданина в случае, если его конституционные права не были восстановлены другими судами на основе подлежавшего применению в отношении него федерального закона, как это имело место в деле заявительницы» Постановление Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2001 г. N 16-П «По делу о проверке конституционности части второй статьи 16 Закона города Москвы «Об основах платного землепользования в городе Москве» в связи с жалобой гражданки Близинской Т.В.» // ВКС РФ. 2002. N 2.

Для того чтобы защитить законные права и интересы своего доверителя, не всегда следует готовить конституционную жалобу непосредственно от его имени.

Адвокат должен помнить, что в соответствии с Конституцией РФ суды общей юрисдикции и арбитражные суды наделены полномочиями обращаться в Конституционный Суд РФ с запросами о конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле.

Это означает, что физические и юридические лица, их представители, являющиеся участниками судебного (гражданского, административного, уголовного и т.д.) процесса, вправе заявить перед судом ходатайство о направлении запроса в Конституционный Суд РФ.

Ходатайство может быть заявлено сторонами на стадии судебного разбирательства. При этом Закон о КС РФ не содержит нормы, запрещающей заявителю в случае направления судом общей юрисдикции или арбитражным судом запроса в Конституционный Суд РФ обратиться самостоятельно с конституционной жалобой.

В Постановлении по делу о толковании отдельных положений ст.

125, 126 и 127 Конституции РФ Конституционный Суд РФ сформулировал обязанность судов общей юрисдикции и арбитражных судов обращаться с запросом в Конституционный Суд, если в процессе рассмотрения конкретного дела возникнут сомнения относительно конституционности закона, в соответствии с которым должно быть разрешено дело. Данная обязанность у судов сохраняется даже в том случае, если они могут разрешить конкретное дело, не применяя «сомнительный по конституционности» закон, путем применения акта более высокой юридической силы .

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 16 июня 1998 г. N 19-П «По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции РФ» // ВКС РФ. 1998. N 5.

Итак, готовясь к составлению конституционной жалобы, адвокат должен получить сведения о том, что в деле его доверителя (уголовном, гражданском, об административном правонарушении) применен или подлежит применению закон, соответствие которого Конституции РФ вызывает сомнение.

При этом адвокат должен обдумать вопрос о том, будет ли заявлено ходатайство суду, рассматривающему это дело, об обращении с соответствующим запросом в Конституционный Суд РФ, а от имени доверителя конституционная жалоба направляться не будет, либо одновременно будут и заявляться соответствующее ходатайство в суд, рассматривающий дело, и направляться в Конституционный Суд РФ конституционная жалоба.

Источник: http://www.adhdportal.com/book_3648_chapter_105_1._Povody_obrashhenija_v_Konstituionnyjj_Sud.html

1. Поводы обращения в Конституционный Суд: В ч. 4 ст. 125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд

Поводы обращения в Конституционный Суд: Вч. 4 ст. 125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ

В ч. 4 ст.

125 Конституции РФ закрепляется, что Конституционный Суд РФ по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом. Следовательно, предпосылкой для обращения в Конституционный Суд РФ с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод является:

а) конкретное дело (административное, уголовное, гражданское и т.д.);

б) в этом деле суд или иной орган применяет определенный закон или может его применить;

в) в результате применения этого закона права или свободы, гарантированные Конституцией РФ, могут быть нарушены или ограничены.

Например, в 1999 г. предметом рассмотрения Конституционным Судом РФ стала жалоба жительницы города Нижнего Тагила Свердловской области Арбузовой Елены Анатольевны. Она, как председатель Свободного профсоюза работников МП «Медавтотранс», была по постановлению суда привлечена к административной ответственности в виде штрафа по ст.

165.10 КоАП РСФСР за невыполнение законных требований прокурора. Требования прокурора состояли в том, чтобы Арбузова Е.А. прекратила начавшуюся на предприятии забастовку водителей «скорой помощи». Препятствием к обжалованию постановления суда явились положения ст.

266 и 267 КоАП РСФСР, согласно которым постановление районного суда являлось окончательным, не подлежащим обжалованию в порядке производства по делам об административных правонарушениях и вступало в силу немедленно.

В этой ситуации имело место ограничение таких конституционных прав, как право на судебную защиту — невозможность обжаловать в вышестоящий суд постановление суда первой инстанции (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ) и право собственности — уплаченная в виде штрафа денежная сумма (ч. 1 ст. 35 Конституции РФ).

Единственным способом защитить свои права явилось обращение в Конституционный Суд РФ, который Постановлением от 28 мая 1999 г. N 9-П признал не соответствующими Конституции РФ отдельные положения ст. 266 и 267 КоАП РСФСР .

———————————

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 28 мая 1999 г. N 9-П по делу о проверке конституционности ч. 2 ст. 266 и п. 3 ч. 1 ст. 267 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях в связи с жалобами граждан Е.А. Арбузовой, О.Б. Колегова, А.Д. Кутырева, Р.Т. Насибулина и В.И. Ткачука // ВКС РФ. 1999. N 5.

Конституционный Суд РФ выразил свою правовую позицию в отношении термина «конкретное дело», упоминаемого в ст. 97 Закона о КС РФ. Так, отказывая в принятии жалобы И.Н. Половцева к рассмотрению, Конституционный Суд РФ в Определении от 5 июля 2002 г. N 187-О указал, что

———————————

Определение Конституционного Суда от 5 июля 2002 г. N 187-О «Об отказе в принятии жалобы Половцева И.Н. на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 1 Федерального закона «О внесении дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ».

«…

конкретным делом в смысле указанных положений Конституции РФ и Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является то дело, в котором судом или иным правоприменительным органом в установленной юрисдикционной и иной процедуре разрешается затрагивающий права и свободы заявителя вопрос на основе норм соответствующего закона, устанавливаются и (или) исследуются фактические обстоятельства. Гражданин при этом обязан приложить к жалобе копию официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения оспариваемого закона при разрешении его конкретного дела (ч. 2 ст. 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ»)».

Именно по этой причине неподведомственны Конституционному Суду РФ все жалобы, в которых ставится вопрос о проверке конституционности положений Закона о КС РФ, регламентирующих процедуру обращения и рассмотрения таких жалоб.

Действительно, положения Закона о КС РФ применяются Конституционным Судом РФ и на стадии принятия жалобы к рассмотрению, которая может завершиться определением об отказе в принятии, и на стадии рассмотрения конституционной жалобы по существу, которая, как правило, завершается итоговым решением Конституционного Суда РФ в форме постановления. В силу ст. 125 Конституции РФ Конституционный Суд РФ при рассмотрении жалобы гражданина или объединения граждан в рамках конституционного судопроизводства решает вопросы исключительно права и не может исследовать фактические обстоятельства дела, относящиеся к конкретному делу. Иными словами, понятие конституционное судопроизводство не подпадает под понятие «конкретное дело».

То обстоятельство, что закон применен или подлежит применению в конкретном деле, должно быть документально подтверждено.

В Конституционный Суд РФ должны быть представлены либо судебные постановления, в том числе и не вступившие в законную силу, либо акты иного правоприменительного органа.

Например, постановление по делу об административном правонарушении, постановление фонда социального страхования или налоговой инспекции о привлечении к налоговой ответственности.

В силу ч. 2 ст. 96 Закона о КС РФ орган или должностное лицо, рассмотревшие дело, обязаны по просьбе гражданина выдать ему копию документа, подтверждающего применение или возможность применения оспариваемого закона в конкретном деле. Прилагаемый к конституционной жалобе судебный акт или решение правоприменительного органа должны быть надлежащим образом заверены.

В некоторых ситуациях Конституционный Суд РФ может признать, что наличие именно судебного акта (а не акта иного органа власти) является обязательным условием для обращения с конституционной жалобой, поскольку иное могло бы привести к вмешательству Конституционного Суда РФ в деятельность судов общей юрисдикции. В качестве примера можно привести Определение от 9 апреля 2002 г. N 113-О об отказе в принятии жалоб ряда граждан на нарушение их конституционных прав п. 1 ст. 9 и п. 5 ст. 11 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» .

———————————

См.: Определение Конституционного Суда РФ от 9 апреля 2002 г. N 113-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан И.А. Зайковой, Н.Х. Иванцовой, В.А. Илюхина, С.В. Кадеева, И.А. Никитина, А.Г. Прозорова, В.Г.

Работнева, Н.П. Сергеевой, Н.Р. Халиковой и Ф.Ф. Халикова на нарушение их конституционных прав пунктом 1 статьи 9 и пунктом 5 статьи 11 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» // ВКС РФ. 2002.

N 6.

СЗ РФ. 1997. N 39. Ст. 4465 (с послед. изм.).

При определенных обстоятельствах Конституционный Суд РФ может установить, что конституционная жалоба подана заявителем преждевременно, т.е.

вопрос о применении в конкретном деле нормы закона еще не решен окончательно; в судебных инстанциях продолжается рассмотрение спора, в связи с чем сложно сказать, что оспариваемая норма закона действительно будет применена в деле заявителя. По указанному основанию Конституционный Суд РФ прекратил производство по делу о проверке конституционности ст.

21 Закона РФ от 21 июля 1993 г. N 5485-1 «О государственной тайне» в связи с жалобой ОАО НПЦ «Информатика» . В качестве оснований для прекращения производства по данной жалобе Конституционный Суд РФ указал:

———————————

РГ. 1993. 21 сентября. (с послед. изм.).

См.: Определение Конституционного Суда РФ от 11 марта 1999 г N 10-О «По делу о проверке конституционности статьи 21 Закона РФ от 21 июля 1993 г. «О государственной тайне» в связи с жалобой ОАО НПЦ «Информатика» // ВКС РФ. 1999. N 3.

«Представленные материалы свидетельствуют о том, что процесс применения статьи 21 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» в делах заявителя не завершен.

Производство в арбитражном суде продолжается, в настоящее время нельзя считать, что оспариваемое законоположение применено или подлежит применению в этих делах, и, следовательно, невозможно выяснить, нарушаются ли им конституционные права и свободы заявителя».

В некоторых случаях заявители преждевременно используют обращение с конституционной жалобой как способ защиты нарушенного права, хотя их стремление вполне оправданно и объяснимо.

Но Конституционный Суд РФ, как в вышеприведенном деле, неоднократно подчеркивал, что конституционное судопроизводство применяется только тогда, когда отсутствуют иные механизмы защиты прав человека.

Если же есть хоть малейший шанс, что вынесенное судебное решение или акт иного органа власти будут пересмотрены вышестоящей инстанцией до момента окончательного решения по конкретному делу, подача конституционной жалобы может быть расценена как преждевременная.

Следует отметить, что судьба дела по иску ОАО НПЦ «Информатика» автору неизвестна, однако если предположить, что надзорное производство по этому делу в Высшем Арбитражном Суде РФ также закончилось применением оспоренных положений Закона РФ «О государственной тайне РФ», то у заявителя сохраняется право вновь обратиться с конституционной жалобой по тем же основаниям.

Таким образом, адвокату при подготовке обращения в Конституционный Суд РФ следует иметь в виду, что в отличие от судов общей юрисдикции и арбитражных судов Конституционный Суд РФ не осуществляет абстрактного нормоконтроля, т.е. не осуществляет проверку конституционности примененного закона вне связи с конкретным делом, которое рассматривается или уже рассмотрено в суде или ином органе.

В связи с тем, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды в силу положений соответствующего процессуального законодательства уполномочены рассматривать дела о признании недействующими нормативных правовых актов, нарушающих права и свободы граждан, полностью или в части, на практике часто возникали вопросы о разграничении компетенции Конституционного Суда РФ и судов общей юрисдикции. В настоящий момент эти вопросы разрешены в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 июля 1998 г. N 19-П «По делу о толковании отдельных положений ст. 125, 126 и 127 Конституции РФ» , Постановлении Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 21 и п. 3 ст. 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом судебный коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ» , Постановлении Конституционного Суда РФ от 18 июля 2003 г. N 13-П «По делу о проверке конституционности положений ст. 115 и 231 ГПК РСФСР, ст. 26, 251 и 253 ГПК РФ, ст. 1, 21 и 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросами Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан, Государственного Совета Республики Татарстан и Верховного Суда Республики Татарстан» , Постановлении Конституционного Суда РФ от 27 января 2004 г. N 1-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений п. 2 ч. 1 ст. 27, ч. 1, 2, 4 ст. 251, ч. 2 и 3 ст. 253 ГПК РФ в связи с запросом Правительства РФ» .

———————————

ВКС. 1998. N 5.

ВКС. 2000. N 4.

ВКС. 2003. N 5.

ВКС. 2004. N 2.

Итак, Конституционный Суд РФ «работает» только с Конституцией РФ, точнее, проверяет закон на соответствие именно основному закону нашего государства. Иными словами, в конституционной жалобе должен быть поставлен вопрос о несоответствии положений закона именно Конституции РФ.

В практике не исключена возможность появления такой ситуации, когда действующий закон противоречит положениям не Конституции РФ, а международного договора. Подобная ситуация может появиться как в результате отсутствия в Конституции РФ какого-либо положения, которое включено в международный договор, так и в результате противоречия самой Конституции РФ положениям международного договора.

Но Конституционному Суду РФ неподведомственны жалобы, в которых заявители ссылаются на нарушение их прав в связи с несоответствием национального закона положениям международного договора.

Так, например, в своем Определении по жалобе ОАО «Реалбаза N 1» на нарушение конституционных прав ст.

188 АПК РФ Конституционный Суд РФ отметил, что он не вправе рассматривать вопрос о том, действительно ли внутренний закон Российской Федерации противоречит международному законодательству; существует ли несоответствие между международно-правовым актом и подлежащим применению арбитражным судом внутренним законом .

———————————

См.: Определение Конституционного Суда РФ от 16 октября 2001 г. N 230-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «Реалбаза N 1″ на нарушение конституционных прав и свобод статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса РФ» // Сайт Конституционного Суда РФ .

Конституционный Суд РФ не может лишить закон его юридической силы на том основании, что он (закон) противоречит именно международному договору, ратифицированному нашим государством.

В этом случае для защиты (восстановления) нарушенных прав и свобод у гражданина есть право обратиться непосредственно в международные контрольные органы (Комитет по правам человека, действующий в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах, или в Европейский суд по правам человека, действующий на основании Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Следующее, что адвокату следует учитывать при подготовке к обращению в Конституционный Суд РФ, — это «экстраординарность» механизма конституционного судопроизводства как одного из способов судебной защиты прав человека.

Экстраординарность в данном случае означает, что этот механизм используется в случаях, когда конституционное судопроизводство является единственным способом защиты и восстановления нарушенных прав.

Без признания закона или его отдельных положений не соответствующими Конституции РФ нарушение прав и свобод будет продолжаться, поскольку другие механизмы защиты не могут быть задействованы в силу положений законодательства.

Этот вывод нашел закрепление в Определении Конституционного Суда РФ от 10 ноября 2002 г. N 281-О о прекращении производства по делу по жалобам ряда граждан и по запросу Правительства города Москвы, оспаривавших конституционность отдельных положений Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» и ст.

6 Устава города Москвы в той части, в какой они допускали наличие «двойного статуса» представительного и исполнительного органа власти города Москвы — как органов государственной власти субъекта РФ и одновременно как органов местного (городского) самоуправления .

В Определении Конституционный Суд РФ так сформулировал свою правовую позицию:

———————————

См.: Определение Конституционного Суда РФ от 10 ноября 2002 г.

N 281-О «О прекращении производства по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» и статьи 6 Устава города Москвы в связи с запросом Правительства Москвы и жалобами граждан В.П. Жарко, А.В. Павленко и В.А. Шмелева» // Сайт Конституционного Суда РФ .

«Предназначение Конституционного Суда РФ как судебного органа конституционного контроля в рамках его компетенции по рассмотрению жалоб граждан на нарушение их конституционных прав и свобод, как это определено в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», предполагает необходимость конституционного судопроизводства в случаях, когда без проверки конституционности оспариваемого закона нарушенные права и свободы не могут быть восстановлены. Если же права заявителя могут быть защищены вне зависимости от признания оспариваемого закона не соответствующим Конституции РФ, поставленный им вопрос не подлежит разрешению в заседании Конституционного Суда РФ. Следовательно, начатое Конституционным Судом РФ производство по жалобе гражданина в случае утраты оспариваемыми нормами юридической силы не порождает обязанность Конституционного Суда РФ продолжить рассмотрение дела, если это не будет иметь значения для восстановления прав и свобод заявителя, которые подлежат защите в условиях нового правового регулирования».

Адвокату следует иметь в виду, что обращение в Конституционный Суд РФ возможно и в тех случаях, когда конституционные права и свободы нарушены не федеральным нормативным правовым актом, а законом субъекта РФ, противоречащим федеральному закону.

Несмотря на то что в подобных делах процессуальное законодательство возлагает на суд общей юрисдикции обязанность применять акт более высокой юридической силы, т.е.

федеральный закон или непосредственно нормы Конституции РФ, если данная обязанность не была выполнена судом, и в результате конституционные права гражданина были нарушены, Конституционный Суд имеет право принять решение о необходимости применения конституционного судопроизводства в целях проверки закона субъекта РФ на соответствие Конституции РФ.

Примером этому является рассмотрение Конституционным Судом РФ жалобы Т.В. Близинской. В этой жалобе она указывала на нарушение ее конституционных прав Законом г. Москвы от 16 июля 1997 г. N 34 «Об основах платного землепользования в городе Москве» при следующих обстоятельствах:

———————————

Вестник Мэрии Москвы. 1997. N 25 (с послед. изм.).

Близинская Т.В. в 1963 г. вступила в права наследства и на законных основаниях приобрела право собственности на дом и право на постоянное (бессрочное) пользование земельным участком, расположенным в пределах города Москвы, размером 0,2291 га. Затем был принят Закон г.

Москвы «Об основах платного землепользования в городе Москве», согласно которому гражданам-землевладельцам предоставлялось право пожизненного наследуемого владения земельными участками, причем в пределах Московской кольцевой дороги размер таких участков ограничивался площадью в 0,06 га, за ее пределами — 0,12 га, сверх же указанных площадей земельные участки предоставлялись в аренду. В результате применения указанного Закона за Близинской Т.В. в конечном итоге на праве пожизненного наследуемого владения был закреплен земельный участок площадью 0,12 га, остальную часть земельного участка ей предлагалось взять в аренду. Несмотря на то, что в спорный период времени действовало федеральное законодательство, которым было установлено, что земельные участки, полученные гражданами до 1 января 1991 г. и находящиеся в их пожизненном наследуемом владении и пользовании, в том числе сверх установленных предельных размеров… сохраняются за гражданами в полном размере, суды общей юрисдикции, рассмотрев иск Близинской Т.В. о признании права пожизненного наследуемого владения на земельный участок в полном размере, отказали в удовлетворении ее исковых требований, сославшись на Закон г. Москвы «Об основах платного землепользования в г. Москве».

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 13 декабря 2001 г. N 16-П указал:

«Наличие на момент принятия Закона города Москвы «Об основах платного землепользования в городе Москве» федерального законодательства, которым регулируются отношения, касающиеся постоянного (бессрочного) пользования и пожизненного наследуемого владения земельными участками и их перерегистрации, исключает для законодательного органа субъекта РФ установление собственного регулирования в противоречие с федеральным. Принятые вопреки данному запрету, т.е. с нарушением компетенции, акты субъектов РФ применению не подлежат, а ограниченные ими права граждан во всяком случае могут и должны быть восстановлены в процессе правоприменения на основе прямого действия Конституции РФ и приоритета федерального закона. Конституционный Суд РФ не вправе отказать в проверке конституционности закона субъекта РФ по жалобе гражданина в случае, если его конституционные права не были восстановлены другими судами на основе подлежавшего применению в отношении него федерального закона, как это имело место в деле заявительницы» .

———————————

Постановление Конституционного Суда РФ от 13 декабря 2001 г. N 16-П «По делу о проверке конституционности части второй статьи 16 Закона города Москвы «Об основах платного землепользования в городе Москве» в связи с жалобой гражданки Близинской Т.В.» // ВКС РФ. 2002. N 2.

Для того чтобы защитить законные права и интересы своего доверителя, не всегда следует готовить конституционную жалобу непосредственно от его имени.

Адвокат должен помнить, что в соответствии с Конституцией РФ суды общей юрисдикции и арбитражные суды наделены полномочиями обращаться в Конституционный Суд РФ с запросами о конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле.

Это означает, что физические и юридические лица, их представители, являющиеся участниками судебного (гражданского, административного, уголовного и т.д.) процесса, вправе заявить перед судом ходатайство о направлении запроса в Конституционный Суд РФ.

Ходатайство может быть заявлено сторонами на стадии судебного разбирательства. При этом Закон о КС РФ не содержит нормы, запрещающей заявителю в случае направления судом общей юрисдикции или арбитражным судом запроса в Конституционный Суд РФ обратиться самостоятельно с конституционной жалобой.

В Постановлении по делу о толковании отдельных положений ст.

125, 126 и 127 Конституции РФ Конституционный Суд РФ сформулировал обязанность судов общей юрисдикции и арбитражных судов обращаться с запросом в Конституционный Суд, если в процессе рассмотрения конкретного дела возникнут сомнения относительно конституционности закона, в соответствии с которым должно быть разрешено дело. Данная обязанность у судов сохраняется даже в том случае, если они могут разрешить конкретное дело, не применяя «сомнительный по конституционности» закон, путем применения акта более высокой юридической силы .

———————————

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 16 июня 1998 г. N 19-П «По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции РФ» // ВКС РФ. 1998. N 5.

Итак, готовясь к составлению конституционной жалобы, адвокат должен получить сведения о том, что в деле его доверителя (уголовном, гражданском, об административном правонарушении) применен или подлежит применению закон, соответствие которого Конституции РФ вызывает сомнение.

При этом адвокат должен обдумать вопрос о том, будет ли заявлено ходатайство суду, рассматривающему это дело, об обращении с соответствующим запросом в Конституционный Суд РФ, а от имени доверителя конституционная жалоба направляться не будет, либо одновременно будут и заявляться соответствующее ходатайство в суд, рассматривающий дело, и направляться в Конституционный Суд РФ конституционная жалоба.

Источник: https://sci-lib.biz/advokatura/povodyi-obrascheniya-konstitutsionnyiy-73152.html

Studio-pravo
Добавить комментарий