4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо лож­ному

Ложный донос

4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо лож­ному

В случаях же, когда заведомо ложные показания были даны свидетелем, потерпевшим, специалистом, экспертом либо в случае заведомо неправильного перевода, подстрекатель несет уголовную ответственность наряду с непосредственным исполнителем, при этом действия подстрекателя следует квалифицировать по ч. 4 ст. 33 и соответствующей части ст. 307 УК РФ.

Рассматриваемое преступление имеет формальный состав и считается оконченным с момента дачи заведомо ложного показания, составления и передачи суду (либо иному полномочному органу) заключения или осуществления неправильного перевода.

Однако при этом необходимо учитывать, что согласно примечанию к ст.

307 УК РФ лица, давшие заведомо ложные показания, освобождаются от уголовной ответственности, если они добровольно до вынесения приговора суда или решения суда заявили об этом.

Формулировка примечания представляется не вполне удачной, поскольку в случае указанного в примечании раскаяния во время нахождения суда в совещательной комнате лицо освобождается от уголовной ответственности, но судебное решение составляется с учетом его заведомо ложных показаний. И если такое лжесвидетельство оказало принципиальное влияние на решение суда, то оно подлежит пересмотру в установленном законом порядке, что влечет нарушение права граждан на своевременное рассмотрение дел.

С учетом изложенного, в целях повышения эффективности поощрительной функции рассматриваемого примечания, а также предупреждения длительных сроков рассмотрения дел, в примечании к ст. 307 УК РФ целесообразным будет указать на то, что указанные в нем лица освобождаются от уголовной ответственности, если они добровольно заявили об этом до ухода суда в совещательную комнату. (См. Приложение 3).

Для квалификации преступных деяний по ст. 307 УК РФ немаловажным является и то, в какой форме, каким образом суд в своем окончательном решении по делу даст оценку не соответствующим действительности показаниям свидетеля, потерпевшего, специалиста, эксперта, заключению эксперта. В судебных решениях встречается различная по своей стилистике оценка таких показаний.

Так, встречаются примерно следующие варианты оценки заведомо ложных показаний: 1) К. дал заведомо ложные показания; 2) К.

дает показания, не соответствующие действительности, с целью помочь избежать уголовной ответственности подсудимому; 3) К. дал показания, которые не соответствуют иным показаниям, которые принимаются судом; 4) К.

дал показания, явно не соответствующие действительности; 5) К. дает показания, которые опровергаются иными доказательствами по делу, и т.п.

В первых двух случаях есть все основания для возбуждения уголовного дела и привлечения К. к уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В случае вступления таких решений суда в силу, в соответствии с правилом преюдиции, указанные обстоятельства подлежат признанию без дополнительной проверки, если эти обстоятельства не вызывают сомнений у суда.

В остальных — мотивы, цели и заведомость лжесвидетельства необходимо доказывать в общем порядке, что существенно осложняет предварительное расследование. Хотя фактически наверняка в каждом из приведенных случаев К. дает заведомо ложные показания.

С целью неотвратимости уголовной ответственности за лжесвидетельство и оптимизации процесса доказывания по такого рода делам следует рекомендовать судьям в своих решениях давать оценку лжесвидетельству в соответствии с диспозицией ст. 307 УК РФ, т.е. указывать на то, что лицо дает заведомо ложные показания, а также указывать мотивы или цели лжесвидетельства. Указанную рекомендацию следует изложить в постановлении Пленума Верховного Суда РФ.

Некоторыми авторами предлагается процессуальный путь разрешения указанной проблемы. В частности, в их работах указывается на то, что в ст.

299 УПК РФ необходимо внести дополнение о том, что при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает (среди прочего) вопрос: «установлены ли при судебном разбирательстве обстоятельства, указывающие на дачу заведомо ложных показаний, заведомо ложного заключения или осуществление заведомо неправильного перевода», а также о том, что «с постановлением приговора суд решает вопрос о направлении материалов для решения вопроса о возбуждении уголовного дела за дачу заведомо ложных показаний, заведомо ложного заключения или за заведомо неправильный перевод» 89.

Представляется, что каков бы ни был способ решения указанной проблемы, возникающей при квалификации лжесвидетельства, она должна быть, безусловно, решена в целях реализации принципа неотвратимости ответственности и наказания за данное преступление.

3.3. Основания освобождения от уголовной ответственности за заведомо ложные показания, заключение эксперта, специалиста или неправильного перевода

Борьбу с этим преступлением, предусмотренным ст. 307 УК РФ законодатель усиливает примечанием к данной статье.

Согласно примечанию к ст. 307 УК РФ «свидетель, потерпевший, эксперт, специалист или переводчик освобождаются от уголовной ответственности, если они добровольно в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства до вынесения приговора суда или решения суда заявили о ложности данных ими показаний, заключения или заведомо неправильном переводе».

Примечание к ст. 307 УК РФ направлено на предотвращение общественно опасных последствий совершенного преступления, т.е.

возможного привлечения невиновного к уголовной ответственности, вынесения заведомо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта и т.п. 90.

Данные объекты охраняются и защищаются уголовным правом, и недопустима возможность нанесения им вреда самим уголовным правом, даже в случае ошибки.

Объективная сторона ст. 307 УК РФ содержит в себе ряд деяний. К ним относятся заведомо ложные показания свидетеля, потерпевшего или специалиста; заведомо ложные заключение или показание эксперта; заведомо неправильный перевод в суде либо при производстве предварительного расследования.

Данное преступление окончено с момента фактического совершения действий, указанных в диспозиции ч. 1 ст. 307 УК РФ.

Так, на стадии предварительного расследования ложные показания свидетеля, потерпевшего или специалиста образуют оконченное преступление с момента подписания протокола допроса, ложное заключение эксперта — с момента предъявления такого заключения экспертом органам следствия или дознания; ложный перевод допроса — с момента подписания протокола, ложный перевод документа — с момента предъявления его перевода переводчиком органам следствия и дознания. В стадии судебного разбирательства преступление окончено, когда свидетель, потерпевший или специалист закончил дачу показаний, эксперт изложил содержание заключения, переводчик осуществил перевод показаний или документа 91.

Следовательно, как справедливо указывает А.Г. Антонов, применить примечание к ст. 307 УК РФ можно лишь после указанных моментов, но до вынесения решения или приговора суда 92.

Необходимо обратить внимание на временную составляющую данного преступления. Несмотря на то, что преступление может быть окончено на различных стадиях процесса, привлекать к уголовной ответственности лиц, указанных в ст.

307 УК РФ, целесообразно только после (или одновременно) вынесения конкретного судебного решения или приговора, так как эти акты могут указывать на истинность или ложность показаний, заключения или перевода. То есть уличить в преступлении, предусмотренном ст.

307 УК РФ, лицо и возбудить уголовное дело целесообразно только после (или одновременно) вынесения решения или приговора по делу, по которому даны ложные сведения. Если же суд не вынес приговор или решение, то, несмотря на то что преступление, предусмотренное ст. 307 УК РФ, окончено, виновного, на наш взгляд, не следует привлекать к уголовной ответственности.

Хотя подобных ограничений нет в ныне действующей редакции ст. 307 УК РФ, они все же должны иметь место. Ведь судебное решение по делу, по которому предоставлены ложные сведения, отраженные в диспозиции ст. 307 УК РФ, является основой доказательной базы относительно указанных ложных сведений.

Таким образом, своевременность сообщения о ложности предоставленных сведений означает, что оно может быть сделано только на стадии дознания, предварительного расследования или судебного разбирательства, т.е. до вынесения приговора или решения суда 93.

В юридическом смысле виновность отсутствует как факт до вынесения решения или приговора суда. Хотя рассматриваемое преступление и окончено с момента совершения деяния, факт его установления возможен только после вынесения решения или приговора суда.

Следовательно, законодатель очерчивает временные границы позитивного посткриминального поведения, где началом является окончание преступления (в этот момент лицо еще не может быть привлечено к уголовной ответственности), а окончанием — юридическое установление факта преступления.

Таким образом, у виновного есть возможность совершить соответствующие действия после совершения преступления, но до момента его юридического установления, до фактической возможности привлечения его к уголовной ответственности.

Итак, у виновного есть возможность сделать соответствующее заявление и тем самым предотвратить вынесение несправедливого решения или приговора. Представляется логичным не ограничивать действие примечания к ст. 307 УК РФ моментом вынесения указанных актов.

Согласно смыслу этого примечания освободить от уголовной ответственности возможно в случае, если до этого компетентным органам неизвестен факт совершения преступления. Тем самым, если решение или приговор вынесены, а о преступлении неизвестно, то виновное лицо, признавшееся в представлении ложных данных, следует освобождать от уголовной ответственности.

Данное положение должно найти свое отражение в исследуемом примечании.

Это позволит компетентным органам и после возможного несправедливого приговора или решения суда, вынесенного на основании заведомо ложных показаний, заключения специалиста или неправильного перевода, повлиять на ситуацию в положительном смысле и завершить конкретное дело справедливым решением или приговором. Таким образом, примечание к ст. 307 УК РФ может способствовать исправлению судебных ошибок.

https://www.youtube.com/watch?v=cCsWyvtZdKs

Добровольность сообщения о ложных показаниях, заключении или переводе означает, что виновный сам решает сообщить соответствующим органам о своих действиях 94. Вместе с тем добровольность не исключается и тогда, когда ложный характер сведений уже установлен, но виновный не осознает указанного обстоятельства 95.

Отмеченные выше заявления должны быть сделаны как органу, которому лицо дало заведомо ложные данные, так и иному органу, имеющему возможность повлиять на решение по делу, по которому были даны ложные показания, заключения эксперта или специалиста, а также неправильный перевод 96.

Часть 2 ст.

307 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за заведомо ложные показания свидетеля, потерпевшего или специалиста; заведомо ложные заключение или показание эксперта; заведомо неправильный перевод в суде либо при производстве предварительного расследования, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. Общественная опасность виновного в совершении данного преступления значительно выше, чем лица, совершившего преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 307 УК РФ. Несмотря на это, первое из указанных лиц может быть освобождено от уголовной ответственности в соответствии с рассматриваемым примечанием. Ведь судебная ошибка вследствие заведомо ложных показаний, заключения специалиста или неправильного перевода по делу о тяжком или особо тяжком преступлении зачастую может быть непоправима. Могут быть нарушены многие объекты (общественные отношения), охраняемые уголовным правом, — общественные отношения, затрагивающие жизнь, здоровье, честь, достоинство человека и др. Поэтому виновный в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 307 УК РФ, подлежит освобождению от уголовной ответственности согласно исследуемому примечанию. Таким образом, оно имеет целью предотвращение судебных ошибок, а применительно к ч. 2 ст. 307 УК РФ — предотвращению серьезных и непоправимых ошибок.

Данное примечание предусматривает явку с повинной и способствование раскрытию преступления, которые выражаются в добровольном заявлении о ложности данных показаний, заключения или заведомо неправильного перевода.

Заявление еще выполняет и такую функцию, как заглаживание вреда, а также предотвращение вредных последствий.

В данном случае вредные последствия могут иметь место, если суд вынесет неправильное решение либо приговор на основании ложных показаний, заключения или заведомо неправильного перевода. Своим заявлением виновный предотвращает такие последствия.

Следует поддержать предложения о дополнении текста примечания. В частности, дополнить рассматриваемую норму таким условием, как обязанность дать правдивые показания (См. Приложение 3). Правдивость означает, что сведения, содержащиеся в сообщении, должны соответствовать действительности 97.

Эти предложения соответствуют логике примечания к ст. 307 УК РФ: если виновный заявил о предоставлении ложных сведений, то в подтверждение этому он должен предоставить правдивую информацию.

Также предлагается распространить действие примечания и на позитивную деятельность виновного после приговора или решения суда, что будет являться дополнительным правовым инструментом для исправления ошибок правосудия.

Вместе с тем обоснованно предложение о дополнении содержания примечания следующими условиями освобождения от уголовной ответственности — отсутствие вреда для других граждан или заглаживание причиненного вреда (См. Приложение 3).

Источник: https://student.zoomru.ru/ugolpravo/lozhnyj-donos/217927.1743475.s8.html

Заведомо ложный донос, ответственность, состав преступления

4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо лож­ному

В соответствии со ст.141 УПК РФ, каждый гражданин имеет право устно или письменно обратиться в правоохранительные органы с заявлением о совершённом преступлении. Письменное заявление подписывается обратившимся в правоохранительные органы лицом.

Устное заявление о преступлении заносится в протокол, содержащий сведения о заявителе, документах, удостоверяющих его личность, который подписывается заявителем и лицом, принявшим данное заявление.

Если устное сообщение о преступлении сделано при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства, то оно заносится соответственно в протокол следственного действия или протокол судебного заседания. 

Согласно ч.6 ст.141 УПК РФ заявитель предупреждается об уголовной ответственности за заведомо ложный донос в соответствии со ст. 306 УК РФ, о чем в протоколе делается отметка, которая удостоверяется подписью заявителя.

Таким образом, ответственность за заведомо ложный донос предусмотрена ст.306 УК РФ. При этом уголовная ответственность наступает только за заведомо ложное сообщение о преступлении, т.е.

о виновно совершённом общественно опасном деянии, запрещённом УК РФ под угрозой наказания.

Состав преступления, предусматривающего ответственность за заведомо ложный донос (ст.306 УК РФ)

Ст.306 УК РФ находится в главе 31 УК РФ, т.е. состав данного преступления отнесён к преступлениям против правосудия.Основным объектом преступления, предусматривающего ответственность за заведомо ложный донос, является нормальная деятельность правоохранительных органов, суда при производстве уголовных дел.

В качестве дополнительного непосредственного объекта могут выступать интересы личности, круг общественных отношений, обеспечивающих честь и достоинство личности.

В некоторых случаях могут появляться также факультативные объекты, например, в случае причинения ущерба имуществу вследствие вынесения неправосудного приговора, производства следственных действий.

https://www.youtube.com/watch?v=ocey9LKTNKc

Опасность данного преступления заключается в дестабилизации работы системы правосудия, препятствии полному и всестороннему расследованию дела.

Оно посягает на нормальную деятельность органов суда, прокуратуры, предварительного следствия и дознания по осуществлению уголовного преследования.

В результате ложного доноса органы следствия тратят силы и средства на раскрытие несовершённого преступления, либо, в случае, если преступление было совершено, идут по ложному следу, упуская шанс найти настоящего преступника.

Когда ложный донос делается в отношении определённого лица, то нарушаются интересы данного лица, особенно в случае его задержании, привлечения к уголовной ответственности, осуждению. Кроме того, ложные доносы, которые не пресекаются правоохранительными органами, порождают в обществе чувство неуверенности, незащищенности, несправедливости.

Объективная сторона состава преступления

характеризуется активными действиями, которые заключаются в заведомо ложном сообщении о совершении преступления.Под доносом о совершении преступления понимается сообщение правоохранительным органам о якобы готовящемся или совершенном преступлении или лице, в нем участвующем.

Ложный донос предполагает сообщение лицом полностью или частично не соответствующей действительности информации.

Ложность сообщаемых сведений может выражаться в сообщении о преступлении, которого фактически не было, указании на невиновное лицо, которое якобы его совершило, либо обвинении заведомо невиновного лица в реально существующем преступлении. Ложные сведения могут касаться различных обстоятельств совершения преступления, т.е. места, времени, способа и т.д.

Таким образом, информация, содержащаяся в заведомо ложном доносе, обладает следующими признаками:

• она не должна соответствовать действительности;• она должна содержать все четыре элемента состава преступления, т.е. объект, объективную сторону, субъективную сторону и субъекта преступления.

Данная информация может быть как устной, так и письменной, при этом неправильная правовая оценка деяния не образует состава ложного доноса.В законе нет указания на органы и должностные лица, ложный донос которым образует состав преступления.

Ими являются органы, осуществляющие борьбу с преступностью: полиция, прокуратура, органы следствия, органы Федеральной службы безопасности и др.

Также, наличие состава рассматриваемого преступления будет и в случае ложного доноса органам, которые согласно их функциям обязаны передавать сообщения о совершении преступления органам и должностным лицам, которые наделены правом осуществлять уголовное преследование, т.е. органам государственной власти, органам местного самоуправления.

Согласно ст.15 УПК суд не является органом, осуществляющим уголовное преследование. Однако по делам частного обвинения, указанным в ч. 2 ст. 20 УПК РФ, т.е. ст.ст.115, 116, ч.1 ст. 129, 130 УК РФ, заявление о преступлении принимает мировой судья (ст. 318 УПК РФ).

Если в результате производства по такому делу мировой судья установит, что имеет место заведомо ложный донос в отношении определенного лица, то помимо вынесения оправдательного приговора он должен направить информационное письмо о факте заведомо ложного доноса в орган, осуществляющий уголовное преследование, вместе с имеющимися у него материалами.

Состав ложного доноса формальный

, преступление считается оконченным с момента поступления в указанные органы ложного сообщения о совершении преступления независимо от того, было ли возбуждено уголовное дело по данному факту, однако данное обстоятельство может быть учтено судом.

Субъективная сторона состава ложного доноса характеризуется прямым умыслом, т.е. лицо осознаёт заведомую ложность сообщаемых им сведений лицу или органу, осуществляющему борьбу с преступностью, либо иному органу, обязанному сообщить о совершенном преступлении.

Также лицо предвидит возможность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления.

Наличие мотива и цели на квалификацию данного преступления не оказывают влияния. Однако ложный донос, как правило, совершается из мести, зависти, а целью может быть возбуждение уголовного дела и привлечение конкретного лица к уголовной ответственности.

Субъектом преступления

, предусматривающего ответственность за заведомо ложный донос, является вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет. Однако субъектом данного преступления не может быть лицо, которое оговаривает само себя.Часть 2 ст.

306 УК РФ является квалифицированным видом ложного доноса и предусматривает ответственность за ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, т.е. категорий преступлений, указанных в ч. ч. 4, 5 ст. 15.

Для наличия состава данного преступления требуется, чтобы виновный обвинял другое лицо в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. Однако ложное сообщение о совершении тяжкого или особо тяжкого преступления без указания виновных не образует состава преступления.Часть 3 ст.

306 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за заведомо ложный донос, соединенный с искусственным созданием доказательств обвинения. В данном случае виновный усиливает «достоверность» сообщаемых им сведений различными способами и средствами (например, инсценируется кража, взлом, наносятся ссадины, повреждается имущество, и т.п.).

Следует иметь в виду, что заведомо ложное сообщение об акте терроризма является специальной нормой по отношению к заведомо ложному доносу и ответственность за него предусматривается ст.207 УК РФ.

Источник: https://pravo163.ru/zavedomo-lozhnyj-donos-otvetstvennost-sostav-prestupleniya/

Заведомо ложный донос: кто кого?!

4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо лож­ному

   Заведомо ложный донос о преступлении, даже небольшой тяжести, может стать серьезной проблемой для того, кто совершил подобное действие.

Чаще всего, граждане пишут заявления, рассчитывая на то, что полиция примет «профилактические» меры к тому, чье поведение не устраивает заявителя.

Иногда донос производится с целью якобы предотвратить то серьезное преступление, которое обязательно случилось бы.

   Бывает, что лицо, которое пишет заявление имеет злой умысел, а не добрые побуждения. Вот тогда может быть возбуждено уже против него по 306 УК РФ. Адвокат в данном случае может встать на защиту того, кто наделал глупостей или наоборот потерпевшего, которому уже надоели необоснованные нападки врага, конкурента…

Как наказать человека за ложный донос?

   Законодательством РФ предусмотрено, что каждый человек, вне зависимости является ли он гражданином РФ может в устной или письменной форме обратиться в органы, осуществляющие охрану прав граждан с заявлением о преступлении, вне зависимости совершено оно в отношении данного лица или иного человека. Закон также не исключает возможность подачи данного заявление уже в возбужденном уголовном деле, например, при производстве какого-либо следственного действия.

   В случае если лицо намерено подать соответствующее заявление сотрудник правоохранительного органа обязан разъяснить лицу ответственность за заведомо ложный донос и взять соответствующую подписку.

   Чтобы исключить последующую необоснованную ответственность за данное преступление необходимо знать признаки заведомо ложного доноса:

  • Ложность сведений, лицо, сообщающее о совершенном правонарушении конкретным лицом, должно понимать, что этого в действительности не произошло и что данные сведения ложные;
  • Лицо должно сообщать данные сведения умышленно. Данное преступление квалифицируется именно прямым умыслов, то есть если лицо не осознает ложность предоставляемых сведений, то данное обстоятельство исключает уголовную ответственность;
  • Лицо должно указать на конкретное лицо, совершившее преступление, если речь идет о совершении преступления неизвестными лицом или лицами, то данные действия также не образуют состав преступления.

   Помимо этого, статья 306 УК РФ предусматривает ответственность за искусственное создание доказательств вины заведомо невиновного лица, если данные действия совершенны лицом умышленно, то данное деяние также образует уголовную ответственность, для совершившего данные действия лица.

Зачем адвокат в деле о заведомо доносе?

   Доказать тот факт, что имеет место, злонамеренное нарушение закона, ой как непросто. Практика по этой статье не слишком обширна, многие следователи никогда не сталкивались с расследованиями подобного рода из-за редкости попадания их в производство правоохранительных органов.

Это связано отчасти с тем, что в стране сложилась практика скорее не обращаться в органы даже в случае настоящего преступления, чем идти к сотрудникам по несущественному поводу.

Наказание за ложный донос было долгое время редкостью, сотрудники волокитили производство заявления, а судьи были вынуждены закрыть дело за истечением сроков давности, ведь долгое производство расследования приводило именно к этому исходу.

   Но сегодня ситуация кардинально изменилась. Ложный донос в полицию все чаще доводится до финальной стадии оглашения приговора.

Связано это с тем, что правоохранительные структуры пытаются максимально сократить нагрузку необоснованных заявлений о преступлений, исключить рассмотрение надуманных несуществующих преступлений, разгрузить себя, а отчасти и изменить ту пагубную практику, которая сложилась. Поэтому давайте действовать и наказывать обидчика, который пытается Вам нанести вред ложными доносами в полицию.

   При этом наш адвокат по данной категории уголовных дел также готов выступить в защиту второй стороны.

Если выдвинуто обвинение в ложном доносе, нужно немедленно обращаться к адвокату по уголовным делам нашей компании, можем добиваться и возврата уголовного дела прокурору в связи с фальсификацией на стадии суда. Это необходимо для того, чтобы не стать заключенным и не заплатить огромные штрафы.

ВНИМАНИЕ: смотрите видео о защите прав обвиняемого адвокатом, Вам станет доступна бесплатная юридическая помощь адвоката через комментарии к видеоролику.

Как защитить себя при обвинении в ложном доносе?

   В данном случае основным средством защиты является сбор и представление доказательств отсутствия умысла на совершение ложного доноса о совершении преступления, те есть лицо должно доказать, что не осознавало, что предоставляет несоответствующие действительности сведения о конкретном лице.

   Поскольку с точки зрения доказательственной базы данный состав является сложным в доказывании, в случае активной защиты со стороны подозреваемого или обвиняемого данное дело скорее всего подлежит прекращению и не доводиться до суда.

   Заведомо ложный донос о преступлении – это одна из тех статей, которая требует максимального упорства от обвинения и огромного опыта от защиты.

Поэтому с нами, участие адвоката на предварительном следствии и дознании в данном случае будет направлена не просто на сведение усилий обвинителей к минимально возможному наказанию, а к закрытию дела в принципе за отсутствием состава преступления.

Ложный донос потребует многочисленных доказательств, в том числе, и точной классификации: осознанность, злонамеренность, все эти категории устанавливаются на усмотрение судьи.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5a6828a7fd96b1c9f0bb8548/5b1759528651657977ae0dbc

Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизводстве, средства предупреждения и нейтрализации

4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо лож­ному
4.4.6. Подстрекательство и пособничество в вынесении заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (ч. 4 и 5 ст. 33 и ст.

305 УК РФ)

Совершение адвокатом соучастия в вынесении судом заведомо незаконного приговора или иного судебного акта, в целом, с позиции криминалистической характеристики, имеет те же закономерности, что и соучастие в преступлениях, предусмотренных ст.

299–303 УК РФ. Хотя, разумеется, степень общественной опасности такого рода преступлений, как правило, на порядок выше, чем у коррупционных преступлений, совершенных адвокатами совместно с работниками правоохранительных органов.

Преступная группа, связка «коррумпированные судья и адвокат» является, пожалуй, одним из самых опасных проявлений коррупции в сфере уголовного судопроизводства.

Специальным субъектом данного преступления могут быть только судьи, рассматривающие дела единолично или коллегиально в судах всех инстанции, и присяжные заседатели.

Преступление совершается судьей всегда путем активных действий. Вынесение заведомо неправосудного приговора и иного судебного акта является оконченным преступлением с момента его подписания. Обязательный признак состава преступления – заведомая неправосудность судебного акта.

Неправосудным считается судебный акт, который вынесен с существенным нарушением норм материального или процессуального закона.

Признаками неправосудности приговора могут быть: недоказанность обвинения (осуждение невиновного); оправдание виновного при наличии достаточных доказательств его вины; заведомо неправильная квалификация преступления, как ухудшающая, так и улучающая положение подсудимого; назначение как необоснованно мягкого, так и необоснованно сурового наказания и т. д.

Неправосудность постановления может состоять, в частности, в незаконном избрании меры пресечения в виде заключения под стражу либо в отказе в удовлетворении соответствующего ходатайства, в отмене или изменении меры пресечения, в отмене кассационной инстанцией законных приговоров и решений, в неосновательном отклонении протеста или жалобы и т. д.

Неправосудные судебные акты должны характеризоваться существенными нарушениями материального и процессуального закона, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, государственным и общественным интересам и т. п.

То есть несущественные нарушения[268]268  Обратим внимание, что оценочные термины типа «существенные и несущественные» нарушения закона вновь использует Верховный Суд, предусматривая противоположные по своему значению правовые последствия этих нарушений. (Постановление Пленума ВС РФ от 5.03.

2004 № 1 «О применении судами норм УПК РФ «).

[Закрыть]

, не влияющие на разрешение дела по существу и не нарушающие прав и законных интересов граждан и интересов государства, не должны влечь признание судебного акта неправосудным в значении комментируемой статьи УК РФ.

Важнейшим признаком субъективной стороны рассматриваемого преступления является вина в форме прямого умысла. Приговор или иной судебный акт должен быть неправосудным заведомо.

То есть виновный судья осознает, что злоупотребляет своим служебным положением и подписывает приговор, определение или постановление, которые, несомненно, для него самого являются неправосудными.

Если судья сомневается в правосудности подписываемого акта, добросовестно заблуждается в законности выносимого решения или допускает ошибку, по данной статье УК РФ деяние не является преступным[269]269  Хотя может быть квалифицировано, например, по ст. 293 УК РФ – халатность.

[Закрыть]

.

Мотивы, не входящие в конструкцию данного состава преступления, могут быть самыми разнообразными, например, корыстные побуждения, иная личная заинтересованность, жалость, сострадание к подсудимому либо наоборот, личная неприязнь, ненависть.

Мотивами может быть и страх перед угрозами, шантажом, иными нежелательными последствиями, которыми грозит вынесение правосудного судебного акта, желание угодить руководству, иным влиятельным лицам, вмешивающимся в деятельность суда (ч. 1 ст.

294 УК РФ).

Распространенными мотивами преступления являются и стремление побыстрее рассмотреть дело, улучшить показатели отчетности. В частности раньше, до вступления в силу УПК РФ (01.07.2002 г.

), когда суды имели право возвращать дело прокурору для дополнительного расследования, распространенным (тщательно скрываемым, разумеется) мотивом вынесения судьей неправосудного определения о возвращении дела было нежелание рассматривать его по существу, так как это мешало своевременному уходу в отпуск и т. п.

К тому же, возвращение судами дел для дополнительного расследования по надуманным, порой, явно незаконным основаниям являлось эффективным «инструментом воздействия», а фактически давлением на прокуратуру и следственные органы. С введением УПК РФ эти времена, казалось, ушли навсегда. Вместе с тем, похожие тенденции наблюдались при применении ст. 237 УПК РФ.

Федеральный закон от 2 декабря 2008 г. N 226-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» фактически вернул институт возвращения дела для дополнительного расследования в полном объеме.

Целая эпоха уголовного судопроизводства, ознаменованная неестественно низким процентом оправдательных приговоров (менее одного процента), характеризовалась страхом, опасением судей выносить такие приговоры под давлением стороны обвинения (прежде всего прокуратуры), господствующей идеологии, сложившейся практики и т. д.

Судьи готовы были пойти на любое заведомо неправосудное решение: вернуть дело на доследование, осудить лицо к условной мере наказания, назначить наказание в виде лишения свободы, полностью охватывающее срок содержания обвиняемого под стражей до вынесения этого приговора и т. п., все лишь бы не оправдывать подсудимого.

К слову сказать, эта практика постепенно уходит в историю.

Позволим себе высказать довольно спорное и даже непопулярное мнение, но все-таки в настоящее время судья в уголовном судопроизводстве, при всех гарантиях его независимости, является лицом достаточно уязвимым.

Судья районного суда принимает ежедневно десятки важнейших правовых решений, являющихся предметом конфликтующих интересов сторон защиты и обвинения, различных заинтересованных лиц, в том числе субъектов противодействия, представителей СМИ и т. д.

В условиях большой нагрузки и хронического дефицита времени судья должен заботиться не только о качестве, но и о сроках рассмотрения дел и материалов, не допускать затягивание «отписки» по делу (подготовки письменных вариантов уже оглашенных приговоров, постановлений и иных документов). «Обладая в целом достаточной психологической устойчивостью, судьи работают на износ, доходя до состояния нервного истощения»[270]270
  Буньков В., Лукманов М., Сумароков И. Судьи работают на износ // Российская юстиция. – 2001. – № 8. – С. 76.

[Закрыть]

.

Как человек, судья постоянно беспокоится, переживает о том, чтобы его приговоры, постановления и определения не были отменены (изменены) вышестоящей инстанцией. Каждая отмена и изменение – серьезный брак в работе судей.

Характерно, что практически все судьи убеждены: в принципе, если грамотному юристу задаться такой целью, то в любом судебном акте можно найти основания для его отмены либо изменения. Стороны защиты и обвинения, недовольные вынесенным приговором, постановлением, определением, часто находят и используют в жалобах и протестах самые формальные, ничтожные основания для отмены.

Ну а чем больше таких приговоров, тем выше вероятность привлечения судьи к дисциплинарной ответственности, от которой, как уже отмечалось в гл. 2, судья, в отличие от адвоката, никак не застрахован.

Меры по физической защите судей, возможности использовать табельное оружие в настоящее время больше декларация, чем реальная гарантия независимости.

Если судья до этого работал прокурором или следователем, то он, как правило, хорошо владеет и оружием и навыками преодоления незаконного противодействия.

Однако далеко не все судьи могут адекватно противостоять постоянным попыткам вмешательства, давления с целью принятия неправосудных решений.

Опытные, но недобросовестные адвокаты хорошо знают все эти детерминанты поведения судьи. Очень часто они используют их в целях понуждения судьи к вынесению заведомо неправосудных актов.

В основном соучастие адвокатов в совершении данного преступления выражается в форме подстрекательства. И подстрекают, как правило, к вынесению неправосудных актов, улучшающих положение их подзащитных. Хотя, как не странно, бывают и обратные ситуации.

Например, нечистоплотный адвокат просит знакомого судью избрать в отношении собственного подзащитного в качестве меры пресечения заключение под стражу для того, чтобы добиться от доверителя большей суммы гонорара.

Здесь, кроме прочего, усматривается и совокупность с преступлением, предусмотренным ч. 4 ст. 33 и 301 УК РФ.

Нужно ли вновь напоминать, что подобные преступления практически всегда совершаются в совокупности с воспрепятствованием осуществлению правосудия (ч. 1 ст. 294 УК РФ), а потому обладают практически всеми его признаками и совершаются в основном теми же способами (гл. 4.2.1).

Во многих случаях действия недобросовестных адвокатов следует квалифицировать не только как подстрекательство к вынесению заведомо неправосудного судебного акта, но и как соучастие в злоупотреблении должностными полномочиями (ст.

33 и 285 УК РФ), соучастие в незаконном освобождении от уголовной ответственности (ст. 33 и ст. 300 УК РФ).

Кроме того, часто используются следующие способы подстрекательства:

1) дача взятки судье за вынесение того или иного неправосудного акта (кроме прочего, еще и совокупность с преступлением, предусмотренным ст. 291 УК РФ);

2) обещания оказания материальных и иных услуг, в т. ч. бесплатного представительства адвокатом интересов любого лица, если об этом попросит судья;

3) просьбы через общих друзей, через родственников, путем воздействия на судью через вышестоящих должностных лиц, иных влиятельных лиц;

4) угроза разглашения компрометирующих судью сведений;

5) угроза умышленно затянуть судебное рассмотрение дела, обжаловать все акты, выносимые судьей, все его действия, и не только по данному делу, но и по всем рассматриваемым этим судьей делам (см. приложение 25).

Но особенно опасны способы анализируемых преступлений, основанные на деятельности преступных групп: «коррумпированный адвокат плюс судья».

Для «сближения», коррупции между судьями и адвокатами есть и некоторые объективные причины и условия. Вот некоторые из них:

– Как уже отмечалось, по всей России в большинстве уголовных дел адвокаты участвуют по назначению (см. введение, гл. 3.2.12). Тем самым они фактически оказывают помощь и суду, и органам предварительного расследования.

Особенно часто адвокатам приходится участвовать в делах по назначению в судебных стадиях. В известном смысле это создает основу для развития доверительных, а порой и личных дружеских отношений между судьей и адвокатом.

– Судьи, в отличие от следователей, дознавателей, оперуполномоченных, не являются процессуальными противниками стороны защиты, т. е. не имеют оснований для, если так можно выразиться, «классовой ненависти» к защитникам.

Между судьей и адвокатом в уголовном судопроизводстве на порядок меньше объективных и субъективных причин и поводов для конфликта, как то предопределено уже самой природой предварительного расследования. И практика показывает, что реально конфликты адвокатов с судьями бывают значительно реже, чем со следователями.

Хотя, как показали социологические исследования МГКА, по мнению адвокатов, судьи часто бывают крайне агрессивно настроены в отношении последних и неоправданно грубы, отклоняют «слету» до 99 % их ходатайств, часто отличаются отсутствием правовой этики и низкой квалификацией[271]271
  Петрухин И.Л.

Отчет о социологическом исследовании факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов / Рассказывают адвокаты / Отв. ред. Резник Г.М. – М., 2000. – С. 114–115.

[Закрыть]

. Но здесь надо учитывать некоторый субъективизм опрошенных, а также то, что подобные оценки в отношении следователей и прокуроров носят еще более категорический, резко отрицательный характер.

– Судья, в силу своего статуса и полномочий, имеет значительно больший вес и авторитет по сравнению со следователем и даже прокурором. Он принимает больше правовых решений и более значимых, чем сторона обвинения.

Все-таки окончательные и важнейшие решения по делу принимает суд, и каждый адвокат знает, что те вопросы, которые не удалось решить со следователем, бывает, легко можно урегулировать с судьей.

Таким образом, и у добросовестных и у недобросовестных адвокатов гораздо больше причин и мотивов иметь конструктивные, в том числе и личные отношения с судьями, чем с представителями стороны обвинения.

Многие адвокаты вообще свысока относятся к следователям и прокурорам, а предпочитают все вопросы решать в суде. Некоторые стараются вообще избегать участия в досудебной стадии процесса. Зачем – рассуждают они – если все, так или иначе, решает суд?!

– Судьи, как правило, являются более опытными и квалифицированными специалистами, чем большая часть представителей стороны обвинения. Это всегда лица, имеющие предшествующий стаж практической работы, т. е. бывшие помощники судей, следователи, прокуроры, юрисконсульты, адвокаты и т. д.[272]272  См., ст. 4 закона «О статусе судей» от 26.06.1992 N 3132-1.

[Закрыть]

Поэтому им часто легче оценить профессиональную квалификацию адвоката, его навыки и умения. Опытный, грамотный адвокат, умеющий излагать свои мысли кратко, ясно и аргументировано, заявляющий обоснованные ходатайства по существу вопроса, а не «льющий воду», соблюдающий дисциплину и не срывающий процессов и т. д., вызывает искреннее уважение судьи. Как отмечает Ю.Ф. Лубшев, «…опрос судей свидетельствует о том, что отношение к адвокатам зависит от степени их подготовленности к процессу, глубины правового анализа материалов дела»[273]273
  Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России: Учебник. – М., 2001. – С. 256.

[Закрыть]

. Судья, оценив квалифицированного адвоката, начинает прислушиваться к его мнению, чаще брать его за основу принимаемых правовых решений, советуется с ним по многим вопросам. И в известных пределах в этом нет ничего противозаконного или неэтичного. При прочих равных условиях судья предпочтет, чтобы в рассматриваемом им деле участвовал именно такой адвокат, а не какой-нибудь «скандалист», непрофессионал (гл. 3.2.4), срывающий процессы и затягивающий их никому не нужными выступлениями, демагогией. Отсюда и встречная, взаимная заинтересованность самого судьи в профессиональных, а порой и в личных контактах с конкретным адвокатом.

– Многие суды, в отличие от правоохранительных органов, в занимаемых зданиях выделяют специальные помещения для адвокатов (подразделений юридических консультаций). Это неизбежно и разумно, поскольку необходимость участия в деле защитника возникает в районном суде чуть ли не каждую минуту. Соседство кабинетов – так же своеобразное условие для развития личных контактов.

Все эти и некоторые другие обстоятельства создают причины и условия не только для конструктивных взаимоотношений, но и для коррупции судей с адвокатами, порой приобретающей значительно более изощренные и опасные формы, чем подобная коррупция с представителями стороны обвинения.

Проявлениям данного вида коррупции присущи все признаки, которые были описаны по отношению к другим преступлениям «коррумпированных» адвокатов.

Не следует забывать и о том, что уже само по себе непроцессуальное вмешательство адвоката в деятельность суда, даже с целью принятия правомерного решения при определенных условиях может быть уголовно-наказуемо по другим статьям УК РФ (ч. 1 ст. 294 УК РФ и др.).

Между тем, широко известно, что судьи привлекаются к уголовной ответственности весьма редко. Так, в 2001 г. Высшей квалификационной комиссией было дано согласие на возбуждение уголовных дел против судей в пяти случаях.

Согласие на привлечение их к уголовной ответственности было дано по трем представлениям Генерального прокурора[274]274  Речь идет о ныне не действующих процессуальных условиях. См.

: Работа квалификационных коллегий судей судов общей юрисдикции // Российская юстиция. – 2002. – № 5. – С. 70.

[Закрыть]

. При этом я не нашел данных о привлечении к ответственности адвокатов за соучастие в преступлениях судей, совершаемых ими в связи со своей профессиональной деятельностью[275]275  Это не только преступления против правосудия, но и должностные преступления – глава 30 УК РФ и др.

[Закрыть]

. То есть и эти преступления адвокатов имеют высокий коэффициент латентности и (или) нераспознаваемы (см. гл. 4.1).

4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо ложному показанию, заключению эксперта или неправильному переводу, отказу свидетеля или потерпевшего от дачи показаний (ч. 4 ст. 33 и ст. 306 УК РФ; ч. 4 ст. 33 и ст. 307 УК РФ; ч. 4 ст. 33 и ст. 308 УК РФ)

Соучастие в данных преступлениях, совершаемое адвокатами имеет, в целом, те же закономерности, что и совершение ими некоторых из уже рассмотренных выше преступлений[276]276

Источник: https://iknigi.net/avtor-yuriy-garmaev/112468-nezakonnaya-deyatelnost-advokatov-v-ugolovnom-sudoproizvodstve-sredstva-preduprezhdeniya-i-neytralizacii-yuriy-garmaev/read/page-23.html

Статья 309 УК РФ

4.4.7. Подстрекательство к заведомо ложному доносу, заведомо лож­ному

Формы и виды подкупа и понуждения участников процесса, совершаемого заинтересованными лицами, в том числе и защитниками, весьма и весьма разнообразны. Так, все виды подкупа и понуждения можно разделить на скрытые и явные.

Разумеется, большинство этих преступлений совершается скрытым способом, то есть втайне прежде всего от лица, производящего предварительное расследование, и от суда. Но распространены и явные виды подкупа, и чаще понуждения. Так, защитник М. во время очной ставки ее подзащитного Р. со свидетелем — гр. Л. допустила следующий вид принуждения. В присутствии Л.

адвокат стала требовать от своего подзащитного Р. дополнить свои показания тем, что Л. якобы украл у него брюки. Р. не удержался от вопроса: «Зачем это нужно?» — на что адвокат демонстративно, в присутствии следователя, заявила: «Мы его заставим отказаться от изобличающих показаний, обвинив его по ст. 144, ч. 2 УК РСФСР» (ныне — ст. 158, ч. 2, п. «г» УК РФ).

Здесь понуждение свидетеля к даче заведомо ложных показаний соединено с шантажом в форме угрозы оглашения компрометирующих его сведений, то есть факта совершения им, свидетелем, преступления. При этом не имеет значения, совершал ли свидетель Л. эту кражу на самом деле. Адвокат угрожает ему разглашением этих сведений с целью склонить его к изменению показаний в сторону ложных.

Кроме того, в действиях защитника усматриваются также признаки подстрекательства своего подзащитного к заведомо ложному доносу, соединенному с обвинением лица в тяжком преступлении (ст. 33, ч. 4 и ст. 306, ч. 2 УК РФ), и соответствующее нарушение этики.

Но наиболее опасны скрытые виды подкупа и принуждения. Можно сказать, что ими «не гнушаются» прежде всего «вовлеченные» адвокаты.

Причем необязательно высококвалифицированные. Скорее наоборот. Так, в статье следователя В.И. Каратаева приведено такое горестное наблюдение: «Как-то один пожилой и уважаемый мною адвокат при встрече посетовал, дескать, нынче людям его профессии вовсе необязательно разбираться в тонкостях права. Можно даже не кончать институт.

Чтобы выиграть дело, вполне достаточно узнать адрес потерпевшего или свидетеля и шепнуть его мафиозному покровителю своего подзащитного. За большие деньги, под угрозой физической расправы послушная боссу «пехота» заставит любого отказаться от собственных слов» . ———————————

Каратаев В.И. Запачканные мундиры // Записки криминалистов. Вып. 3 / Под ред. В.А.

Образцова. М., 1994. С. 118 — 119.По некоторым неофициальным данным, ситуация, связанная с подкупом и понуждением к даче ложных показаний и отказу от дачи показаний, принимает просто катастрофические масштабы.

В условиях отсутствия реальных гарантий безопасности и защиты свидетелей, потерпевших, других участников процесса, в обстановке правового нигилизма среди населения, разгула организованной преступности лица — носители доказательственной информации не только порой не желают передавать ее правосудию, но и постоянно подвергаются угрозам, насилию, попыткам подкупа со стороны заинтересованных лиц. Не трудно догадаться, что наиболее квалифицированные и трудновыявляемые факты подкупа и понуждения не обходятся без участия адвокатов. Здесь надо учитывать, что те или иные заведомо ложные показания (заключения экспертов) нужны преступникам строго в том виде, форме, с таким содержанием и представленные в такое время, как это определено линией защиты, избранной тактикой и стратегией защитительной деятельности по конкретному делу. А эти меры обеспечивает именно адвокат по согласованию со своим подзащитным. Отсюда понятно, что адвокат часто участвует в преступном сговоре, хотя далеко не всегда лично подкупает, принуждает свидетелей. Это за него могут сделать и иные заинтересованные лица (родственники обвиняемого, друзья, члены ОПГ (ОПС), специально нанятые для этого «боевики» и т.д.). Но недобросовестный адвокат вряд ли уйдет от соблазна руководить, направлять такие действия, диктовать те или иные ложные показания. В современных условиях борьбы с преступностью весьма опасны и тенденции незаконного воздействия на экспертов. Как известно, большая часть современных судебных экспертиз проводится сейчас только за оплату, порой весьма внушительную. Правоохранительные органы далеко не всегда способны оплатить услуги экспертов. Следователи вынуждены постоянно либо конфликтовать с ними, либо заискивать, уговаривать, всячески «ублажать» работников экспертных учреждений и частнопрактикующих экспертов за то, чтобы они провели экспертизы и выдали заключение. «Торг» идет и за качество, и за сроки проведения исследований. А вот у обвиняемых, их родственников и представителей, вероятно, не будет никаких проблем с оплатой услуг эксперта, коль скоро есть шанс получить «нужное заключение». В то же время практика изобилует примерами, когда коррумпированные следователи и дознаватели весьма своеобразно решают проблему с назначением экспертиз. Формально она проводится бесплатно. Однако в действительности, с молчаливого согласия такого следователя, работу эксперта «в черную» оплачивают обвиняемый или иные заинтересованные лица. Не трудно догадаться, в чьих интересах будет выполнена такая экспертиза, насколько достоверными будут ее результаты.

Анализируя собранные данные о преступном подкупе и понуждении, следует обратить внимание и еще на одну актуальную проблему. Как видим из текста диспозиции статьи 309 УК РФ, в качестве понуждаемых лиц закон называет свидетеля, потерпевшего, эксперта и переводчика. В научных работах отмечается необходимость включить в этот перечень и лицо, привлекаемое в качестве обвиняемого. «По Уголовному кодексу Российской Федерации обвиняемый защищен от принуждения к даче показаний путем применения угроз или иных незаконных действий со стороны лица, производящего дознание или предварительное следствие, но ему не гарантирована уголовно — правовая защита от понуждения к даче ложных показаний со стороны других лиц, а между тем опасность такого рода действий не является мнимой, особенно по делам о групповых преступлениях» . ———————————

Лобанова Л. Понуждение к нарушению обязанности содействовать правосудию // Российская юстиция. 1998. N 5.Проблема заключается в том, что в практике широко распространены случаи преступного сговора, «сделки о признании вины», когда всю ответственность берет на себя один из соучастников группового преступления, в целях незаконного освобождения от уголовной ответственности других соучастников, как правило, даже самых опасных. Суть сделки проста: один из сообщников группового убийства или грабежа, разбоя, хулиганских действий и т.п., часто наименее материально обеспеченный, слабый, психологически зависимый человек, под давлением своих соучастников и их адвокатов дает показания, что он совершил преступление один. Если достаточных доказательств участия в преступлении других лиц следствием не добыто либо следователь сам вовлечен в преступный сговор, то такой «козел отпущения», как правило, обеспечивает себе: 1. Отсутствие квалифицирующего признака «совершения преступления по предварительному сговору группой лиц» или «организованной группой», что существенно смягчает ответственность и влияет на наказание. 2. «Вышедшие сухими из воды» соучастники клянутся в вечной благодарности, обещают финансировать осужденного товарища «на зоне», позаботиться о семье и т.д. 3. Осужденный обеспечивает себе репутацию «своего парня», хорошего товарища, «не сдавшего» своих, что, как известно, ощутимо, хоть и не официально, влияет на условия отбывания наказания. Если «обреченный» соучастник отказывается от такой роли, то к нему могут применить самые разнообразные меры принуждения, в том числе насилие в СИЗО, в местах лишения свободы, шантаж, угрозы ему и его близким, находящимся «на воле», и т.п. Весь этот арсенал способов подкупа и понуждения обвиняемого к даче ложных показаний, а порой и к полному самооговору очень часто используют недобросовестные адвокаты, без участия которых просто трудно себе представить такую сделку. Защитники обвиняемых по групповому делу, как правило, уже на начальной стадии расследования могут оценить некоторые его перспективы в отношении каждого соучастника. Недобросовестные адвокаты хорошо знают недостатки следствия, стремление многих не менее недобросовестных, чем они, следователей и дознавателей побыстрее закончить расследование именно таким простым, но противозаконным путем, то есть по формуле: «Один все берет на себя, остальные соучастники становятся свидетелями». Подобные адвокатские нарушения и преступления весьма сложно выявить и расследовать, поскольку, как видим, они скрытые и часто сопровождаются еще более циничными и опасными нарушениями и должностными преступлениями (преступлениями против правосудия) со стороны субъектов расследования. Но бороться с такими преступлениями — важная и совместная задача как адвокатских образований, так и правоохранительных органов.

Поскольку подкуп, понуждение обвиняемого к даче ложных показаний (при отсутствии совокупности с другими адвокатскими преступлениями) действующим уголовным законом не криминализированы, такие действия защитника в любом случае подлежат самому строгому дисциплинарному наказанию как грубейшее нарушение профессиональной этики. Но прежде всего наказывать надо следователей и дознавателей, если будет установлено, что они имели отношение к такой сделке с правосудием.

Источник: https://www.zonazakona.ru/law/comments/art/20208/

Studio-pravo
Добавить комментарий