4.2.6. Фальсификация доказательств по уголовному делу защитником

Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизводстве, средства предупреждения и нейтрализации

4.2.6. Фальсификация доказательств по уголовному делу защитником
4.2.5. Заведомо ложный донос (ст. 306 УК РФ)

Заведомо ложный донос с объективной стороны заключается в сообщении в органы, обязанные принять меры к возбуждению уголовного дела, о якобы совершенном преступлении. Ложное сообщение о совершенном преступлении может быть устным либо письменным, личным или анонимным.

Такое сообщение направляется в органы, имеющие право возбудить уголовное дело и иные органы, на которые возложена обязанность передавать сведения о совершении преступлений должностным лицам, полномочным возбудить уголовное дело.

К данным органам относятся суды, органы прокуратуры, дознания; а также налоговые, таможенные органы, органы государственной власти и управления и др. В ложном доносе может быть указано конкретное лицо или лица, совершившие преступление.

Сообщение только о самом факте совершения преступления также образует состав данного преступления.

Посягательство считается оконченным с момента, когда заведомо ложное заявление о совершенном преступлении было доведено до сведения прокурора, органа дознания или предварительного следствия.

Квалифицирующими признаками преступления являются: обвинение лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, а также искусственное создание доказательств обвинения.

Наиболее сложным и важным в контексте настоящего исследования является вопрос о разграничении заведомо ложного доноса, совершенного с участием адвоката и аналогичных действий последнего, квалифицируемых по ст. 298 УК РФ «Клевета в отношении судьи, присяжного заседателя, прокурора, следователя, лица, производящего дознание, судебного пристава, судебного исполнителя».

Исходя из санкций за эти преступления, максимальные размеры наиболее строгого вида наказания, предусмотренные в ч. 1 ст. 306 и в ч. 1 и 2 ст. 298 УК РФ, равны – до двух лет лишения свободы. Однако существенно отличаются санкции за квалифицированные составы данных преступлений. Так, по ч. 2 и 3 ст.

306 УК РФ за донос, связанный с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления либо с искусственным созданием доказательств обвинения (надо полагать – в совершении преступления любой тяжести), виновному может быть назначено наказание в виде лишения свободы сроком до 6 лет.

То есть преступление относится к категории тяжких (ч. 4 ст. 15). Квалифицированный состав преступления, установленный ч. 3 ст. 298 УК РФ за деяния, предусмотренные ч.

1 или 2 данной статьи, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, предусматривает максимальное наказание в виде 4 лет лишения свободы (преступление средней тяжести – ч. 3 ст. 15 УК РФ).

Почему же законодатель считает квалифицированный донос более опасным преступлением, чем клевету с отягчающими обстоятельствами?

Заведомо ложный донос отличается от клеветы тем, что в первом случае ложное сообщение характеризуется информацией именно о преступлении и направляется в указанные выше государственные органы со специальной целью – проявить инициативу в возбуждении уголовного преследования.

При клевете распространяемая информация характеризуется тем, что порочит честь и достоинство другого лица или подрывает его репутацию. Речь не обязательно идет о преступлении, хотя и такое при клевете возможно.

Но при этом она распространяется среди окружающих и не имеет конкретной цели возбуждения уголовного дела.

Ранее, в главе 4.2.4 подробно рассмотрена квалификация и примеры совершения адвокатами клеветы в отношении судей и других лиц. Остается выяснить, в каких же случаях клеветническая информация, распространенная адвокатом, может быть квалифицирована как заведомо ложный донос? Для этого, на мой взгляд, необходимо следующее:

Во-первых, чтобы адвокат осознавал, что в распространяемой им информации содержатся признаки совершения тем или иным лицом деяния, которое при уголовно-правовой квалификации подпадает под признаки какого-либо преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ.

Например, когда в своем ходатайстве защитник указывает, что следователь превысил свои полномочия, во время допроса применял физическое насилие к допрашиваемому, он осознает, что такие действия подпадают под признаки преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст.

286 УК РФ – превышение должностных полномочий, соединенное с применением насилия или угрозы его применения. Данное преступление относится к категории тяжких.

А потому, если будет установлено, что адвокат заранее знал о ложности этих данных, например, они заранее со своим подзащитным спланировали эту заведомую ложь для осуществления защиты, его действия квалифицируются по ч. 2 или 3 ст. 306 УК РФ.

Во-вторых: эта информация должна быть официально, т. е. открыто, публично представлена в компетентные органы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Законодатель, формулируя норму, предусмотренную ст.

306 УК РФ, имел в виду, прежде всего, случаи подачи заявления о преступлении (ст. 140–141 УПК РФ), предусмотрев при этом обязательное предупреждение заявителя об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.

306 УК РФ с соответствующей отметкой в протоколе и отобранием подписки (ч. 6 ст. 141 УПК РФ).

Однако представляется, что в качестве заведомо ложного доноса может расцениваться и информация, содержащаяся в устных и письменных жалобах и ходатайствах, как защитника, так и подозреваемого, обвиняемого. Ведь, несомненно, то, что эта информация носит официальный характер.

Письменное ходатайство (жалоба) приобщается к делу, устное подлежит обязательному занесению в протокол следственного действия или судебного заседания (ст. 120 УПК РФ). Суд, прокурор, руководитель СО, следователь и орган дознания обязаны в жестко установленные законом сроки рассмотреть жалобу или ходатайство и принять по ним правовое решение (гл. 15 и 16 УПК РФ).

Несомненно и то, что если в жалобе содержится информация о совершении определенным лицом (например, следователем) преступления и требования типа: «принять меры», «пресечь», «привлечь к ответственности», «возбудить уголовное дело» и т. п.

, то вне зависимости от того, как адвокат (подзащитный) формулирует свое ходатайство (жалобу), на чем настаивает, какую цель фактически преследует, компетентные органы обязаны рассмотреть данную информацию, в т. ч., и как заявление о преступлении, т. е. по всем правилам гл. 19 УПК РФ.

Такая жалоба, на мой взгляд, должна быть зарегистрирована в книге учета преступлений, и в срок, не позднее трех, максимум десяти суток[188]188  А при необходимости проведения документальных проверок или ревизий руководитель СО (для следователя) и прокурор (для дознавателя) вправе продлить этот срок до 30 суток ч. 3 ст. 144 УПК РФ.

[Закрыть]

, должно быть принято одно из трех правовых решений: о возбуждении дела; об отказе в возбуждении; о передаче сообщения по подследственности (ст. 144, 145 УПК РФ).

Подавая такую жалобу, адвокат, как высококвалифицированный юрист (см. ст.

9 Закона об адвокатуре), всегда понимает, как квалифицируется деяние, в котором он обвиняет конкретное лицо, ему всегда известно об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.

306 УК РФ, так что специальной процедуры предупреждения с отбиранием подписки (ч. 6 ст. 141 УПК РФ) в отношении адвоката не требуется[189]189  Хотя ничто и не мешает компетентным органам отобрать у адвоката такую подписку.

[Закрыть]

. Уголовный кодекс, в качестве обязательного условия привлечения к уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ не требует предупреждения лица в установленном порядке, как это, например, прямо указано в диспозиции ст. 310 УК РФ.

Таким образом, с объективной стороны подобные деяния защитника полностью подпадают под признаки заведомо ложного доноса.

С субъективной стороны адвокат в анализируемых случаях всегда осознает фактический характер и общественную опасность этих своих действий, предвидит реальную возможность либо неизбежность наступления общественно опасных последствий (прямой умысел – ч. 2 ст.

25 УК РФ), то есть понимает, что по его жалобе (ходатайству) будет проводиться специальная проверка (служебное расследование) в отношении заведомо для него невиновного лица по подозрению в совершении им преступления, что этому лицу – потерпевшему, в данному случае следователю, будет причинен вред, что ущерб наносится и интересам правосудия и т. д. (см. гл. 4.1).

Субъект анализируемого состава преступления общий, все зависимости от процессуального положения и других признаков.

Обобщая изложенное, делаем вывод, что нет никаких препятствий к применению уголовного закона к этому опаснейшему виду преступлений, если они совершены адвокатами в связи с исполнением ими своих профессиональных обязанностей.

Почему же в реальной правоприменительной практике закон в этой части «не работает»? Что не дает уполномоченным должностным лицам надлежащим образом проверять такого рода жалобы и при наличии достаточных оснований возбуждать уголовные дела против доносчиков? Ведь практика такова: как уже отмечалось в гл. 4.

2.4, по каждой жалобе адвоката (подзащитного) о нарушении закона со стороны следователя проводится проверка. По 9 из 10 таких жалоб служебное расследование приходит к выводу, что «доводы заявителей не подтвердились».

Разве итоги такой проверки и их материалы со всеми собранными сведениями не могут служить достаточным основанием к возбуждению уголовного дела (в порядке ч. 2 ст. 140 и ст. 144 УПК РФ) по признакам преступления, предусмотренного ст.

306 УК РФ? Вместе с тем ясно, что по такому уголовному делу далеко не во всех случаях удастся установить и доказать вину конкретного доносителя, то есть прямой умысел.

Однако уже сам факт возбуждения такого дела, возможность полноценными процессуальными средствами проверить версию о заведомо ложном доносе со стороны адвоката и/или его обвиняемого, дает тактические преимущества. Появляется шанс отрезвить отдельных недобросовестных, уверовавших в свою безнаказанность адвокатов, да и их клиентов тоже.

Причины отсутствия такой практики вижу в следующем.

Источник: https://iknigi.net/avtor-yuriy-garmaev/112468-nezakonnaya-deyatelnost-advokatov-v-ugolovnom-sudoproizvodstve-sredstva-preduprezhdeniya-i-neytralizacii-yuriy-garmaev/read/page-14.html

Фальсификация доказательств по уголовному делу

4.2.6. Фальсификация доказательств по уголовному делу защитником

Часто можно слышать от подозреваемых в совершении преступлений, от обвиняемых, подсудимых и осужденных о том, что уголовные дела в отношении них сфабриковали.

В данном случае речь идет о фальсификации доказательств с целью признания (либо оправдания) конкретного лица в совершении преступления.

Можно ли бороться с подобным явлением в РФ и как? На этот вопрос я постараюсь ответить в данной статье.

  • Все случаи уникальны и индивидуальны.
  • Понимание основ закона полезно, но не гарантирует достижения результата.
  • Возможность положительного исхода зависит от множества факторов.

Законодатель по вполне понятным причинам ввел в Уголовный кодекс РФ ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу, установив ее в санкциях ч.ч. 2, 3 и 4 ст. 303 УК РФ. Тогда как диспозиции ст.

303 УК РФ, касаемо фальсификации доказательств по уголовному делу, указывают на совершение фальсификации лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или защитником (ч.

2) фальсификацию по уголовному делу о тяжком или об особо тяжком преступлении, а равно фальсификация доказательств, повлекшая тяжкие последствия (ч. 3), и фальсификацию результатов оперативно-розыскной деятельности лицами, уполномоченными на ее проведение (ч. 4). На первый взгляд, все хорошо.

Но данный состав преступления имеет очень много недоработок и вопросов, которых в подобном случае быть не должно в силу вредности деяния. Но досконально рассматривать в данной статье проблемы правоприменения данной статьи мы не будем.

Для начала необходимо разобраться с понятием «фальсификация». Необходимо отметить, что законодатель не дает определения данному термину ни в Уголовном законе РФ, ни в каком бы то ни было ином законе. В этой связи определение рассматриваемого термина спорно, имеет несколько мнений и позиций.

Но я буду придерживаться интерпретации, изложенной Верховным судом РФ (далее – ВС РФ), который в ряде судебных актов отразил правовую позицию, согласно которой «фальсификация по смыслу закона заключается в сознательном искажении представленных в уголовное дело доказательств, на основе которых органами предварительного расследования или судом принимается решение».

Между тем еще в 2006 году ВС РФ дал более широкое определение данному термину, указав, что «по смыслу ст. 303 УК РФ под фальсификацией доказательств понимается искусственное создание или уничтожение доказательств в пользу обвиняемого или потерпевшего. Такими действиями могут быть признаны уничтожение или сокрытие улик, предъявление ложных вещественных доказательств».

Таким образом, можно вести речь о принятии обоих определений фальсификации доказательств по уголовному делу.

Самыми распространенными способами и методами фальсификации являются:

  • внесение не соответствующих действительности сведений в подлинный документ,
  • внесение исправлений в документ, его полное или частичное уничтожение,
  • дополнение документа вне порядка, предусмотренного для этого уголовно-процессуальным законодательством,
  • подделка подписи должностного лица, удостоверение документа подлинной печатью,
  • подмена, деформирование и иное искажение вещественных доказательств (например, нанесение пятен крови, отпечатков пальцев на соответствующий предмет), то есть изготовление вещественных псевдодоказательств,
  • составление ложных по содержанию письменных доказательств (например, составление протокола выемки у подозреваемого фактически не изымавшегося предмета преступления),
  • подкладывание, подбрасывание предметов или документов (например, наркотического средства, оружия) с целью их дальнейшего изъятия и оформления в качестве доказательства и так далее.

Затем сфальсифицированные такими способами доказательства оказываются в материалах уголовного дела, обвинительное заключение (акт, постановление) по которому беспрекословно утверждается прокурором, и такое дело направляется в суд. А далее особенно в суде первой инстанции «пролетают» такие псевдоказательства со свистом, кладутся в основу обвинительного приговора, и подсудимый получает срок.

Важно! Для квалификации действий по ст. 303 УК РФ не имеет значение, было принято судом такое доказательство, рассматривалось ли оно в качестве такового, признано оно допустимым либо нет, повлияло ли на исход дела, поскольку действия предъявителя поддельных доказательств не зависят от их судебной оценки.

Что касается мотивов фальсификации доказательств, то они не имеют правового значения. Вместе с тем можно выделить несколько основных причин, толкающих указанным лиц на фальсификацию доказательств:

  • корыстная заинтересованность,
  • желание помочь избежать ответственности лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении преступления,
  • и наоборот, желание доказать вину подозреваемого, тем самым «раскрыть» быстрее преступление и отправить дело в суд,
  • в целях облегчения совершения иного преступления (например, получение взятки за «прекращение» возбужденного уголовного дела).

Рассказать обо всех методах борьбы с фальсификацией невозможно в силу того, что обстоятельства преступления во всех случаях разные. Но есть основные моменты, которые необходимо учитывать.

  • Обращайте внимание и старайтесь запомнить всех незнакомых лиц, которые якобы случайно оказываются в вашем жилом помещении, в автомобиле, рядом с вами, поскольку эти лица могут что-либо подкинуть, подложить вам.

Ясно, что каждого не запомнишь, в особенности знакомых, но, если есть хоть малейшее подозрение о том, что вы оказались (или можете оказаться) в поле зрения сотрудников полиции, необходимо быть бдительным.

Уясните для себя, что почти все процессуальные действия проводятся с участием понятых. Это значит, что понятые должны фактически присутствовать при проведении следственного действия на всем его протяжении и на каждом этапе, при этом они должны быть посторонними лицами, случайными приглашенными в качестве таковых.

Соответственно необходимо стараться запомнить понятых внешне, где они находились в момент следственного действия, например, в момент выемки наркотического средства, видели ли они все манипуляции, производимые оперативными работниками, следователем, в каком порядке ставили подписи в протоколе.

И если понятые фактически отсутствовали, либо отсутствовал один их них, либо понятые не видели и не могли видеть проводимое следственное действие ввиду того, что, например, находились в другой комнате, но несмотря на это заверили своими подписями правильность проведения данного действа, то, во-первых, об этом необходимо сделать отметку в протоколе в графе «замечания». В дальнейшем необходимо ходатайствовать о признании данного протокола следственного действия недопустимым доказательством, проведении очной ставки с понятыми, на которой следует выяснять у понятых детали проведения процессуального действия, ходатайствовать о вызове понятых в суд и так же детально допрашивать их в суде.

  • Если вам что-либо подкинули и изымают, не следует об этом молчать.

Об этом следует кричать, в прямом и в переносном смысле. То есть, об этом следует громко заявить, чтобы понятые, присутствующие при обыске, выемке, услышали ваши возражения. И обязательно указать об этом в протоколе проводимого следственного действия.

Да и вообще, чем больше внимания вы привлечете к своей персоне (внимание не только понятых, а и посторонних, возможно соседей), тем вероятнее, что они вас запомнят, и смогут дать показания относительно вашего поведения во время следственного действия.

  • Стараться не прикасаться к подброшенному предмету.

Конечно, не прикасаться бывает очень трудно, но необходимо быть осмотрительней, ведь на кону ваша свобода. И если это произошло сразу же заявить устно и письменно, указав на момент, когда произошло это прикосновение, и в какую часть предмета.

  • Свидетель также имеет право ходатайствовать о своем допросе в качестве такового с участием адвоката.

Лицо, которое в дальнейшем станет подозреваемым и обвиняемым, зачастую изначально допрашивается в качестве свидетеля. Но как говорят работники правоохранительных органов, от свидетеля до подозреваемого — одно постановление.

Здесь необходимо запомнить, что даже будучи свидетелем лицо имеет право ходатайствовать о своем допросе в присутствии адвоката.

Адвокат понадобится в любом случае, если лицо перейдет в ранг подозреваемых, поэтому, чем раньше появится защитник, тем лучше.

Неоспорим тот факт, что необходимо иметь «своего» проверенного адвоката, но, понятно, что не каждый может себе это позволить.

Если вам не повезло, и такого адвоката у вас нет, стоит заключить соглашение с адвокатом по своему выбору, а не с адвокатом, навязанным вам сотрудниками правоохранительных органов. В особенности стоит отказаться от навязчиво предлагаемого следователем адвоката.

Если все-таки вы согласились на адвоката государственного, приглашенного следователем (дознавателем), то в дальнейшем следует проверить, действительно ли данный адвокат дежурил в этот день согласно графику дежурств, утверждаемых палатой адвокатов вашего региона.

И если нет, то немедленно отказывайтесь от его услуг, поскольку очевидно, что это так называемый, адвокат свой. Не ваш, а свой для сотрудников правоохранительных органов, который ничем вам не поможет, а только навредит.

  • При ознакомлении с материалами дела обязательно сфотографируйте дело. Полностью. От корки до корки.

Получив копии материалов уголовного дела, вам не составит труда доказать наличие исправлений в документах, уничтожение документа либо его части, внесение дополнений в документ. Для этого также необходимо будет ознакомиться с делом, уже находящемся в суде.

  • В судебном разбирательстве необходимо особенно тщательно допрашивать свидетелей обвинения (в особенности тех, которые, по-вашему мнению, не являются фактически свидетелями), настаивать на их вызове при неявке последних, и не соглашаться на оглашение их показаний, данных при производстве предварительного расследования.

Но здесь необходимо отметить, что законодатель не так давно ввел в Уголовно-процессуальный кодекс РФ такое спорное право суда либо по своей инициативе, либо по ходатайству стороны огласить показания свидетеля, установить место нахождения которого не представилось возможным, в том случае, если подсудимый ранее имел возможность оспорить показания такого свидетеля.

О введении данной нормы высказывались многие правоприменители: кто за, кто против, но очевидно, что данная норма затрудняет выявление подставных свидетелей и исключение их показаний из доказательственной базы, поскольку ссылка на обязательность «предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами» уж больно размыта.

  • Именно в суде первой инстанции необходимо представить как можно больше доказательств в обоснование своих доводов о фабрикации дел.

Это объясняется тем, что на стадии апелляционного рассмотрения дела заявить об исследовании новых доказательств (то есть не исследованных в суде первой инстанции) невозможно без объяснения причин, по которым такие доказательства не были представлены в суд первой инстанции.

По всем случаям фальсификации доказательств в уголовном деле следует обращаться с заявлением в Управление собственной безопасности региона. Никто не гарантирует, что сразу будет возбуждено уголовное дело в отношении нерадивого следователя или оперуполномоченного, но оставлять факт фальсификации без должного внимания нельзя ни при каких обстоятельствах.

Фальсификация доказательств в уголовном процессе

По неясным причинам законодатель не ввел уголовную ответственность за фальсификацию доказательств для судьи и секретаря судебного заседания, который ведет протокол судебного заседания, являющийся единственным доказательством, позволяющим проверить весь ход судебного разбирательства, в том числе порядок исследования доказательств, их содержание, соблюдение всеми участниками судебного разбирательства действующего законодательства и т.д.

Очень часто показания допрашиваемых в судебном заседании лиц искажаются в протоколе судебного заседания, то есть «подгоняются» под необходимый результат, а иногда и просто переписываются с обвинительного заключения (акта, постановления).

Если имеются подозрения о том, что в вашем случае было именно так, следует сравнить стилистику изложения показаний в протоколе судебного заседания (предварительно естественно следует получить его копию) и в обвинительном заключении либо непосредственно в протоколе допроса этого лица.

И в случае идентичности (порой секретари не удосуживаются даже поменять местами слова) заявить об этом в жалобе на приговор.

Но основной совет, которому следует последовать, — это вести аудиозапись судебного заседания.

Важно! Вести аудиозапись участник процесса может без разрешения судьи, в отличие от видеозаписи, которая, как и фотографирование, допускается только с разрешения председательствующего.

Если по своему содержанию аудиозапись отличается от протокола судебного заседания, то в обязательном порядке следует об этом заявить путем обращения с возражениями на протокол судебного заседания. Поскольку, если этого сделано не будет, в последующих инстанциях при пересмотре дела доводы о несоответствии содержания протокола судебного заседания действительности будут проигнорированы.

Это основные моменты, которые необходимо уяснить, чтобы минимизировать вариант фабрикации в отношении вас уголовного дела и вынесения обвинительного приговора.

Но опять же, повторюсь, предусмотреть в рамках одной статьи все варианты развития событий невозможно.

Не жалейте денег на адвоката, изыщите средства заключить соглашение на оказание юридической помощи, ведь на кону ваша свобода, а возможно и судьба.

ВНИМАНИЕ! В связи с последними изменениями в законодательстве, информация в статье могла устареть! Наш юрист бесплатно Вас проконсультирует — напишите в форме ниже.

Источник: https://opravdaem.ru/fraudulent/falsifikaciya-dokazatelstv-po-ugolovnomu-delu/

Применима ли к адвокату-защитнику норма УК РФ о фальсификации доказательств?

4.2.6. Фальсификация доказательств по уголовному делу защитником

21 апреля в Басманном районном суде прошло три судебных заседания, на которых повторно рассматривались постановления о проведении обысков в адвокатском кабинете и в квартире адвоката Александра Лебедева, в отношении которого расследуется уголовное дело по обвинению в фальсификации доказательств.

Осенью 2017 г.

Александр Лебедев принял поручение на защиту Екатерины Краснихиной, обвиняемой по уголовному делу о растрате, потерпевшим по которому признан сын Генерального прокурора России, адвокат Артем Чайка.

В сентябре женщине была изменена мера пресечения с подписки о невыезде на домашний арест с установлением запрета покидать место жительства без разрешения органа предварительного следствия.

В октябре следователь удовлетворил ходатайство обвиняемой и ее защитника, которые просили предоставить ей разрешение на посещение с новорожденным ребенком медицинского перинатального центра.

Следователь разрешил женщине отлучиться из дома на четыре часа 12 октября – с 8:00 до 12:00.

Однако своевременно Екатерина Краснихина домой не вернулась, опоздав почти на 2 часа, что дало повод следователю обратиться в суд с ходатайством об изменении меры пресечения на заключение под стражу.

Суд согласился с доводами следствия о допущенном нарушении избранной меры пресечения, выразившемся в том, что Екатерина Краснихина находилась в неизвестном месте в течение 2 часов после полудня 12 октября, и вынес постановление о заключении женщины под стражу. Впрочем, через 4 дня судебный акт был отменен как неправосудный, и Краснихина вернулась домой.

Совершенно неожиданно, более чем через месяц после этого в отношении Александра Лебедева было возбуждено уголовное дело, а 15 декабря он был привлечен в качестве обвиняемого. Адвокат обвинялся в том, что он предъявил суду в качестве доказательства заведомо подложную справку о посещении Краснихиной медицинского перинатального центра, которая была приобщена к материалам дела.

Таким образом, по версии следствия, Александр Лебедев совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 303 УК РФ, – фальсификация доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении.

В качестве подтверждения этому следствие, в частности, привело показания врача-педиатра, выписавшей справку о пребывании Екатерины Краснихиной в перинатальном центре 12 октября.

Врач сообщила, что на самом деле справка была выдана через несколько дней после этого по просьбе Краснихиной, которая ввела ее в заблуждение.

Следствие посчитало, что Александр Лебедев достоверно знал, что его подзащитная не посещала медицинское учреждение, и, предъявляя справку, преследовал цель принятия судом на основе подложных доказательств незаконного решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об изменении меры пресечения в отношении Екатерины Краснихиной.

После предъявления обвинения в рабочем и жилом помещениях адвоката были проведены обыски.

Первоначально защиту Лебедева осуществлял адвокат АП Калужской области Александр Редькин, а в конце января 2018 г. в качестве защитника в дело вступил Генри Резник. Он пояснил, что вступил в дело именно как вице-президент Федеральной палаты адвокатов и как председатель Комиссии Совета ФПА по защите прав адвокатов, потому что ФПА рассматривает ситуацию с Александром Лебедевым как искусственное создание дела в отношении адвоката, как вызов всей адвокатуре и едва ли не как объявление ей войны. «Потому что это фактически рушит основы нашей профессии – доверительные отношения адвоката и клиента», – пояснил он.

Вступив в дело, Генри Резник незамедлительно подал следователю ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении адвоката Лебедева, указав, что тот привлечен к уголовной ответственности незаконно и необоснованно. Однако в удовлетворении ходатайства следователем было отказано, а затем в удовлетворении жалобы на это отказал и его начальник.

Однако в дальнейшем защите Александра Лебедева удалось добиться в Мосгорсуде отмены постановлений суда, санкционирующих проведение обысков у адвоката, – дела были направлены на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы. При этом апелляционная инстанция указала, что при повторном рассмотрении первой инстанции надлежит решить вопрос о законности возбуждения уголовного дела.

«Должен сказать, что это нечасто встречалось в моей практике, – прокомментировал “АГ” Генри Резник. – Может быть, такие случаи и были, но именно в рамках расследования самого дела, а не при рассмотрении вопроса о законности обысков».

Вместе с тем, как отметил вице-президент ФПА, Мосгорсуд не указал, в чем именно заключается незаконность возбуждения дела. По словам Генри Резника, незаконность возбуждения может быть связана с двумя моментами – формальным и содержательным.

«Формальный момент заключается, например, в том, что дело возбуждено ненадлежащим субъектом. В данном случае – это начальник одного из семи управлений Следственного комитета, тогда как, согласно ст.

448 УПК РФ, в отношении адвоката дело возбуждать должен руководитель следственного органа СК РФ по субъекту Российской Федерации.

Однако Мосгорсуд уже сформировал позицию по данному вопросу и признает такой порядок возбуждения уголовных дел в отношении адвокатов законным со ссылкой на внутренний приказ председателя СКР», – рассказал Генри Резник.

Таким образом, по его мнению, Мосгорсуд имел в виду содержательный момент, указав на недостаточность данных, указывающих на признаки преступления. «В ходатайстве о прекращении уголовного дела мы указывали, что имеется сразу несколько оснований, препятствующих его возбуждению. Во-первых, ст. 303 УК РФ о фальсификации доказательств неприменима к адвокату в принципе, потому что адвокат никакие доказательства в процессуальном смысле не собирает!» – подчеркнул вице-президент ФПА.

Генри Резник пояснил, что в процессуальном смысле доказательства собирают и формируют только лица, ответственные за проведение процесса в конкретных стадиях судопроизводства, – дознаватель, следователь, прокурор и судья.

А применительно к другим участникам процесса, включая адвоката-защитника, этот термин употребляется чисто технически, поскольку иначе в УПК пришлось бы писать каждый раз целые фразы о документах и сведениях, которые могут иметь доказательное значение.

https://www.youtube.com/watch?v=wxsqGy4pzGI

Он также отметил, что уже в самом первом комментарии к УПК, вышедшем в 2004 г.

под редакцией Елены Мизулиной, возглавлявшей тогда рабочую группу Госдумы по разработке Кодекса, и Дмитрия Козака – на тот момент заместителя руководителя Администрации Президента, который курировал это направление, было разъяснено, что в строгом процессуальном смысле собирают, проверяют и оценивают доказательства только уполномоченные на это субъекты, которые действуют в строго определенных процессуальных формах. И поэтому адвокат не в силах придать сведениям, которые он собирает, свойство допустимости.

«Доказательства, как неоднократно разъяснял ВС РФ, – это единство двух свойств: допустимости и относимости», – напомнил вице-президент ФПА.

Он также отметил, что злополучная справка вдвойне неотносима, поскольку при рассмотрении судом ходатайства следователя об изменении меры пресечения Екатерине Краснихиной она вообще не фигурировала как доказательство.

А само решение о заключении ее под стражу просуществовало всего 4 дня, после чего было отменено. «То есть тогда, когда возбудили дело в отношении Лебедева и когда испрашивали разрешение на обыск у суда, этого решения уже больше месяца юридически не существовало.

Иными словами, следователи пришли в суд испрашивать разрешение на обыски, которые были связаны с отмененным постановлением суда. Таким образом, сами органы следствия совершили действия, в которых неправедно обвиняют моего коллегу Лебедева», – подчеркнул Генри Резник.

КЭС изучила вопрос о сомнениях адвокатов в достоверности полученных от доверителя документовРассмотрен проект разъяснений Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам о применении профессиональных этических норм в такой ситуации

Кроме того, он подчеркнул, что в действиях адвоката отсутствует субъективная сторона преступления, а именно умышленная вина.

Генри Резник пояснил, что Александр Лебедев принимал различные меры для сбора дополнительных данных в подтверждение того, что Краснихина была в медцентре: получил чек из кафе, которое она посетила, запрашивал записи с камер наблюдения, делал запросы в медцентр, но так и не получил на них конкретных ответов о том, была она там или нет.

Были серьезные основания полагать, что медицинский центр не давал такого рода сведений потому, что у организации появился свой интерес: Краснихина утверждала, что принесла туда анализы своего ребенка, а они были утеряны.

«Более того, адвокат получил справку от своей подзащитной, которую ей выдала лечащий врач. Справка абсолютно настоящая, а не подделка. Поэтому приписывать ему достоверное знание о том, что справка содержит ложную информацию, – нельзя. Пункт 7 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката предписывает, что адвокат при исполнении поручения исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки. А у сотрудников СК, как я уже говорил в суде, какое-то повреждение в мозгах. Они наделяют свои предварительные доказательства окончательной, заранее установленной силой. Поэтому они считают, что если есть доказательство, которое получено защитой, и есть доказательства, которые они получили, то, оказывается, адвокат-защитник не должен доверять своему подзащитному. И в принципе адвокат должен отмести все, что он нашел. Он должен рассматривать доказательства стороны обвинения как абсолютно достоверные. А если адвокат критически относится к этим доказательствам – значит, он совершает преступление», – рассказал Генри Резник.

Несмотря на все эти аргументы и явное указание Московского городского суда, Басманный районный суд уклонился от рассмотрения доводов защиты и подтвердил законность как проведенных обысков, так и возбуждения самого уголовного дела.

«Сейчас все опять перемещается в Мосгорсуд, так как мы с Лебедевым подали апелляционную жалобу, в которой обратили внимание на то, что указание о проверке законности возбуждения дела районным судом проигнорировано.

Ждем дальнейшего развития событий», – подытожил адвокат.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/primenima-li-k-advokatu-zashchitniku-norma-uk-rf-o-falsifikatsii-dokazatelstv/

Фальсификация материалов уголовного дела следователем

4.2.6. Фальсификация доказательств по уголовному делу защитником

Фальсификация доказательств – это очень неприятное явление в гражданских и уголовных делах.

Фальсификация – это предоставление суду неверных данных в процессе рассмотрена дела, например, ответчик подделал документы, предоставил несуществующие документы, изменил в них данные и т. п.

Перед тем как тот или иной участник судебного процесса выступит на заседании, судья должен предупредить его об ответственности за фальсификацию доказательств по ст. 303 УК РФ.

Что делать, если вы понимаете, что документы недостоверные, а ваша подпись на них сфальсифицирована?

Что такое фальсификация доказательств?

Фальсификация или подделка, подмена – это предоставление заведомо ложных сведений, подмена документов, вещей, свидетельских показаний, заключения специалиста, фото– и видеосъемки.

Проблема фальсификаций документов по гражданским и уголовным делам

Если говорить о фальсификации доказательств по уголовному делу, то такой проблемы в суде обычно не возникает. Ведь уголовные дела поступают на рассмотрение суда после целого ряда мероприятий – дознания, предварительного расследования.

На этих этапах если и будет обнаружена фальсификация, то дознаватели и следователи быстро выявят этот факт и пресекут его.

Другое дело, когда суды рассматривают гражданские дела. В этом случае ситуация противоположная: участники гражданского процесса часто сталкиваются с поддельными доказательствами.

Причина в том, что в гражданских делах нет предварительного следствия, все документы и другие доказательства поступают напрямую в суд от истца и ответчика.

Распространенные виды фальсифицированных доказательств

В судебной практике наиболее встречаемыми формами фальсификации документов являются:

  • допечатка текста в документе;
  • внесение искаженных данных (цифр, числовых значений, текста) в документ;
  • подделка подписи;
  • замена листов в документах и др.

Какие действия предпринимает судья, если участник судового процесса подает заявление о фальсификации доказательств?

Если участник процесса уверен в том, что доказательства в суде были сфальсифицированы, и на этой основе он предоставил в суд заявление в письменной форме, где указывает, что доказательства были сфальсифицированы другим лицом, тогда судья должен:

  1. Четко объяснить последствия такого заявления.
  2. Исключить то или иное доказательство, которое, по мнению заявителя, является сфальсифицированным. При этом само доказательство может изыматься только с согласия того лица, что его предоставило.
  3. Проверить мотивированность заявления, поданного одной из сторон, если лицо, которое представило доказательство, отказывается исключать его из числа общих доказательств по делу. Судья проверяет доказательства путем назначения почерковедческой экспертизы, путем требования ответственных лиц предъявить другие доказательства и т. д.

Ответственность за фальсификацию доказательств в 2019 году

Согласно ст. 303 Уголовного кодекса РФ за факт фальсификации доказательств по гражданскому делу, виновных или группа виновных лиц может понести такое наказание:

  • штраф от 100 до 300 тысяч рублей или в размере зарплаты за период 1–2 лет;
  • выполнение лицом в свободное время общественно полезных работ сроком до 480 часов;
  • принудительное привлечение приговоренного лица к оплачиваемой работе на срок до 2 лет;
  • содержание виновного в условиях строгой изоляции от общества сроком до 4 месяцев.

Если доказательства были сфальсифицированы следователем, прокурором или защитником, то в этом случае наказание более суровое (согласно п. 2 ст. 303 УК РФ):

  • ограничение свободы (наложение ограничений запретов и обязанностей на осужденного без изоляции его от общества) сроком до 3 лет;
  • принудительное привлечение осужденного к труду с выплатой зарплаты сроком до 3 лет, а также с лишением им права работать на конкретных должностях (на некоторый срок) или без такого ограничения;
  • содержание лица в условиях строгой изоляции от общества сроком до 5 лет с дальнейшим лишением такого лица занимать некоторые должности сроком до 3 лет.

Если при рассмотрении уголовного дела о совершении тяжкого* или особо тяжкого** преступления судом будет установлено, что доказательства были сфальсифицированы, тогда того человека, который подделал доказательства, может ждать одно из следующих видов наказаний:

  • тюремное заключение сроком до 7 лет с лишением права занимать некоторые должности сроком до 3 лет.

*Тяжкое преступление – такое преступление, за совершение которого виновного садят в тюрьму на срок до 10 лет (грабеж, вымогательство, побои, заражение венерической болезнью, торговля людьми и др.).

**Особо тяжкое преступление – такое злодеяние, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком свыше 10 лет или пожизненное заключение (убийство при отягчающих обстоятельствах, убийство двух и более лиц, умышленное причинение вреда здоровью другого человека и др.).

Если доказательства были сфальсифицированы лицом, которое проводит оперативно-розыскные мероприятия с целью предоставления заведомо ложной информации или для причинения вреда, чести и достоинства другого человека, тогда такому лицу может грозить одно из следующих видов наказаний:

  • штраф до 300 тысяч рублей или в размере зарплаты за период до 1 года;
  • лишение права занимать прежнюю должность или другие, предусмотренные законом, должности сроком до 5 лет;
  • лишение свободы сроком до 4 лет.

Правила составления и образец заявления в следственный комитет о фальсификации доказательств

Такое заявление рассматривается в рамках арбитражного процессуального права. Заявить о фальсификации доказательств может прокурор, истец, ответчик или третьи лица.

В заявлении о фальсификации должна быть отражена следующая информация:

  • наименование следственного комитета;
  • информация о заявителе – Ф. И. О., адрес проживания;
  • наименование документа;
  • текст документа.

В текстовой части документа должна быть отражена информация об особенностях дела и деталях. При составлении заявления заявитель может обращаться к материалам дела. Важно описать, какое лицо сфальсифицировало доказательства, а также подтвердить свои доводы.

Ниже представлен пример заявления:

Источник: https://nedviz-info.com/falsifikatsiya-materialov-ugolovnogo-dela-sledovatelem/

Studio-pravo
Добавить комментарий