1.7. Право на свидание с подзащитным: & соответствии с п. 1 ч. 1 ст. S3 УПК РФ, защитник, с момента

Статья 49. Защитник

1.7. Право на свидание с подзащитным: & соответствии с п. 1 ч. 1 ст. S3 УПК РФ, защитник, с момента

Статья 49. Защитник

1. Защитник — лицо, осуществляющее в установленном настоящим Кодексом порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу.

2. В качестве защитников участвуют адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый. При производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката.

3. Защитник участвует в уголовном деле:

1) с момента вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 — 5 настоящей части;

2) с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица;

3) с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, в случаях:

а) предусмотренных статьями 91 и 92 настоящего Кодекса;

б) применения к нему в соответствии со статьей 100 настоящего Кодекса меры пресечения в виде заключения под стражу;

3.1) с момента вручения уведомления о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном статьей 223.1 настоящего Кодекса;

4) с момента объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, постановления о назначении судебно-психиатрической экспертизы;

5) с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления;

6) с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном статьей 144 настоящего Кодекса.

4. Адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. С этого момента на адвоката распространяются правила, установленные частью третьей статьи 53 настоящего Кодекса.

4.1. В случае необходимости получения согласия подозреваемого, обвиняемого на участие адвоката в уголовном деле перед вступлением в уголовное дело адвокату предоставляется свидание с подозреваемым, обвиняемым по предъявлении удостоверения адвоката и ордера.

5.

В случае, если защитник участвует в производстве по уголовному делу, в материалах которого содержатся сведения, составляющие государственную тайну, и не имеет соответствующего допуска к указанным сведениям, он обязан дать подписку об их неразглашении, принимать меры по недопущению ознакомления с ними иных лиц, а также соблюдать требования законодательства Российской Федерации о государственной тайне при подготовке и передаче процессуальных документов, заявлений и иных документов, содержащих такие сведения.

6. Одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

7. Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.03.2017 N 668-О»Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Фленова Ильи Валерьевича на нарушение его конституционных прав рядом положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

часть вторую статьи 49 и статью 122, как не позволяющие дознавателю на стадии предварительного расследования уголовного дела удовлетворять ходатайство о допуске в качестве защитника наряду с адвокатом одного из близких родственников или иное лицо, о допуске которого ходатайствует подозреваемый или обвиняемый;

Определение Конституционного Суда РФ от 28.03.2017 N 532-О»Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бодрова Дмитрия Валерьевича на нарушение его конституционных прав статьями 49 и 401.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Д.В. Бодров, осужденный за совершение преступления, оспаривает конституционность статей 49 «Защитник» и 401.

15 «Основания отмены или изменения судебного решения при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке» УПК Российской Федерации и утверждает, что данные нормы, на основании которых ему было отказано в допуске к участию в судебном разбирательстве по уголовному делу в качестве защитника иного лица наряду с адвокатом, а впоследствии отказано в передаче кассационной жалобы на приговор для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, позволили суду самостоятельно определить способ его защиты, чем нарушили права, гарантированные статьями 46 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 28.03.2017 N 14-АПУ17-4Приговор: По п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ за разбой, по п. п. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство.

https://www.youtube.com/watch?v=oqkuEpuScsU

Определение ВС РФ: Приговор изменен, из осуждения по п. «ж» ч. 2 ст.

105 УК РФ исключено указание на совершение убийства группой лиц по предварительному сговору, определено считать осужденным по данному пункту за убийство, совершенное группой лиц.

В соответствии со ст. 49, 50 УПК РФ адвокат Громов А.В.

был допущен к участию в деле в качестве защитника по назначению на основании ордера адвокатского образования, при этом сам Власов возражений против его участия не заявлял.

Какие-либо данные о его личной заинтересованности в исходе дела, а также иные предусмотренные ст. 72 УПК РФ обстоятельства, исключающие его участие в деле в качестве защитника, отсутствуют.

Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2017 N 355-О-Р»Об отказе в принятии к рассмотрению ходатайства гражданина Керекеши Александра Ливоновича о разъяснении Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 года N 803-О-О»

1. Определением от 15 ноября 2007 года N 803-О-О Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.Л.

Керекеши на нарушение его конституционных прав положениями статей 19, 47, 48 и 49 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и статей 16, 49, 50, 51, 397, 399 и 406 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку она не отвечала требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

Определение Конституционного Суда РФ от 26.01.2017 N 74-О»Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина Филина Евгения Анатольевича на нарушение его конституционных прав статьей 228 Уголовного кодекса Российской Федерации и рядом норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

часть вторую статьи 49 «Защитник», как предоставляющую суду возможность по своему усмотрению ограничивать обвиняемого в праве на выбор способов и методов осуществления защиты, в том числе приглашение другого адвоката, а также как позволяющую произвольно отказывать обвиняемому в допуске наряду с адвокатом для оказания юридической помощи иного лица, — ее статьям 17 (часть 3) и 45 (часть 2);

Определение Конституционного Суда РФ от 26.01.2017 N 118-О»Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Черных Антона Владимировича на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 49 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.В.

Черных, осужденный за совершение преступлений, оспаривает конституционность части третьей статьи 49 «Защитник» УПК Российской Федерации, которая, по его мнению, не соответствует статьям 2, 45 и 48 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой допускает отказ в предоставлении защитника лицу с момента его фактического задержания по подозрению в совершении преступления.

Определение Конституционного Суда РФ от 26.01.2017 N 1-ПРПО прекращении переписки с гражданином Назаровым Максимом Сергеевичем по вопросу о нарушении его конституционных прав ч. 2 ст. 49 УПК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации Определением от 25 февраля 2016 года N 437-О отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина М.С.

Назарова на нарушение его конституционных прав рядом положений Уголовного кодекса Российской Федерации, Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, включая часть вторую его статьи 49, а также Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», поскольку жалоба не отвечала требованиям, в соответствии с которыми обращение в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимым.

Определение Конституционного Суда РФ от 20.12.2016 N 2783-О»Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Скляра Дениса Владимировича на нарушение его конституционных прав пунктом 2 статьи 97 Федерального конституционного закона «О конституционном суде Российской Федерации» и рядом положений уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

Также Д.В.

Скляр оспаривает конституционность статей 4 «Действие уголовно-процессуального закона во времени», 17 «Свобода оценки доказательств», 49 «Защитник», 75 «Недопустимые доказательства», 88 «Правила оценки доказательств», 144 «Порядок рассмотрения сообщения о преступлении», 145 «Решения, принимаемые по результатам рассмотрения сообщения о преступлении», частей первой и второй статьи 146 «Возбуждение уголовного дела публичного обвинения» УПК Российской Федерации.

Определение Конституционного Суда РФ от 20.12.2016 N 2730-О»Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Литвинова Руслана Леонидовича на нарушение его конституционных прав статьей 16, частью четвертой статьи 46, частью третьей статьи 49, частью третьей статьи 56 и частью пятой статьи 164 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»

часть четвертую статьи 46 «Подозреваемый» и часть третью статьи 49 «Защитник» в той мере, в какой они — по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, — гарантируют подозреваемому право на помощь защитника лишь в случаях его задержания по правилам статей 91 и 92 УПК Российской Федерации и избрания в отношении него меры пресечения по правилам статьи 100 того же Кодекса;

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 09.12.2016 N 56-АПУ16-25Приговор: По ч. 5 ст. 228.1 УК РФ за незаконное производство наркотических средств в особо крупном размере; по п. п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.

1 УК РФ за незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере; по ч. 1 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ за приготовление к незаконному сбыту наркотических средств в особо крупном размере.

Определение ВС РФ: Приговор оставлен без изменения.

В соответствии с частью 4 ст.

49 УПК РФ, адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера, что предполагает обязанность адвоката, заключившего соглашение на участие в деле в качестве защитника, явиться с указанными документами в суд для участия в деле, либо иным образом незамедлительно информировать суд о вступлении в дело, которое находится в стадии судебного разбирательства.

Источник: https://legalacts.ru/kodeks/UPK-RF/chast-1/razdel-ii/glava-7/statja-49/

Право на свидание с подзащитным

1.7. Право на свидание с подзащитным: & соответствии с п. 1 ч. 1 ст. S3 УПК РФ, защитник, с момента
⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 42Следующая ⇒

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 53 УПК РФ, защитник, с момента начала участия в уголовном деле, вправе иметь с подозреваемым, обвиняемым свидания в соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 46 и п. 9 ч. 4 ст. 47 настоящего кодекса, т.е. наедине и в условиях конфиденциальности, без ограничения числа и продолжительности таких свиданий.

Не будем так же забывать, что в соответствие с частью 4 статьи 92 УПК РФ в «В случае необходимости производства процессуальных действий с участием подозреваемого продолжительность свидания свыше 2 часов может быть ограничена дознавателем, следователем с обязательным предварительным уведомлением об этом подозреваемого и его защитника. В любом случае продолжительность свидания не может быть менее 2 часов».

Таким образом, законодатель, с одной стороны, еще более укрепил право подозреваемого на квалифицированную юридическую помощь, в данном случае в части встречи наедине и конфиденциально с защитником до начала производства с ним первых процессуальных действий.

Как уже было отмечено, именно в первой беседе адвоката с клиентом закладываются основные параметры защиты, вырабатывается линия поведения, подозреваемый обсуждает с защитником те показания, которые ему предстоит дать на первом и последующем допросах.

Теперь временной интервал такой беседы не может быть менее 2 часов в случае, если лицо задержано.

Прежде всего, это оградит сторону защиты от возможных незаконных действий недобросовестных следователей, пытающихся лишить ее права на такое свидание или ограничить его искусственно на срок менее двух часов.

С другой стороны, законодатель дал возможность стороне обвинения, при необходимости проведения следственных действий, ограничить время свидания адвоката с подзащитным только двумя часами с обязательным предварительным уведомлением обоих.

Уяснение значения термина «наедине» в практике не вызывает особых затруднений. Наедине — означает один на один, вдвоем, без свидетелей[31]. Значительно большие трудности на практике вызывает понимание значения термина «конфиденциальность».

Бесспорно, что при заявлении соответствующего ходатайства следователь (дознаватель) обязан создать защитнику и обвиняемому (подозреваемому) такие условия, при которых они могли бы остаться наедине вдвоем в определенном помещении (в кабинете, в камере ИВС, СИЗО и т.п.) или ином месте для обсуждения возникших вопросов, выработки единой позиции по делу.

Обеспечение права на свидание не может быть поставлено в зависимость от предварительного допроса обвиняемого или подозреваемого либо производства других следственных действий[32].

Порядок свидания защитника с обвиняемыми и подозреваемыми, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу (ст. 108 УПК РФ) регламентируется ст. 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»[33].

Закон и судебная практика всемерно защищают это право стороны защиты. Так, неправомерными и несоответствующими Конституции РФ признал Конституционный Суд в своем Постановлении от 25.10.01 № 14-П «По делу о проверке конституционности положений, содержащихся в ст. 47 и 51 УПК РСФСР и п. 15 ч. 2 ст.

16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в связи с жалобами граждан А.П. Голомидова, В.Г. Кислицина и И.В.

Москвичева» ведомственные ограничения на свидание обвиняемого (подозреваемого) в зависимости от наличия разрешения на это от лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело.

https://www.youtube.com/watch?v=ocey9LKTNKc

В ч. 2 статьи 18 закона «О содержании под стражей…» указано, что «свидания подозреваемого или обвиняемого с его защитником могут иметь место в условиях, позволяющих сотруднику места содержания под стражей видеть их, но не слышать». Подчеркнем, что запрещено «сотруднику места содержания под стражей», а не любому сотруднику правоохранительных органов.

Данная норма гарантирует адвокату и его подзащитному условия общения наедине и конфиденциально.

Но гарантирует ли она неприкосновенность таких свиданий, да и вообще любых контактов защитника со своим клиентом (по телефону, в общении за пределами помещений и т.п.

) от проведения оперативно-розыскных мероприятий, проводимых в порядке, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности»?

Этот крайне актуальный в практике вопрос в актах легального и судебного толкования не рассматривался. На мой взгляд, субъекты расследования вправе назначать и проводить оперативно-розыскные мероприятия в отношении адвоката и его подзащитного, в том числе и во время их конфиденциальных свиданий.

Безусловно, такое возможно только при наличии предусмотренных законодательством оснований и при строгом соблюдении условий, а так же с соблюдением ряда процессуальных ограничений. Комплекс норм, обеспечивающих стороне обвинения право на проведение соответствующих мероприятий, относится не только к УПК РФ, но и к другим нормативно-правовым актам разноотраслевого характера.

Поэтому свою точку зрения более подробно я обосную в отдельной главе (1.13)[34].

На практике нередко возникает вопрос: как действовать, если защитник, участвующий в производстве следственного действия, просит прервать его и предоставить свидание с подзащитным наедине? Нетрудно понять причины, по которым часто адвокаты настаивают на таком свидании.

Тем самым можно свести на нет использование следователем всех тактических приемов допроса. Недобросовестные защитники не избегут искушения дать указания подзащитному о даче тех или иных, далеко не всегда правдивых, но выгодных стороне защиты показаний (подробно об этом См. гл.

10.2).

Между тем, в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. В рамках допроса следователь свободен в выборе его тактики (ч. 2 ст. 189 УПК РФ).

Присоединяюсь к мнению о том, что, следователь вправе, не нарушая права обвиняемого (подозреваемого) на защиту, отказать защитнику в предоставлении свидания с подзащитным во время проведения следственного действия, если до его начала защитнику была предоставлена возможность встретиться с подзащитным наедине и если о предоставлении свидания не ходатайствует обвиняемый или подозреваемый[35].

Пределы полномочий защитника по собиранию доказательств

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 53 УПК РФ защитник впервые в истории российского уголовно-процессуального законодательства получил право не только представлять, но и собирать доказательства, необходимые для оказания юридической помощи, в порядке, установленном ч. 3 ст. 86 кодекса.

В данной норме указано, что защитник вправе собирать доказательства путем:

1. получения предметов, документов и иных сведений;

2. опроса лиц с их согласия;

3. истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии.

Анализ этих положений указывает, что после многочисленных дискуссий в основу концепции УПК РФ не была положена идея введения параллельного расследования, проводимого стороной защиты[36].

Хотя многие ученые высказывались по вопросу о возможности наделения защитника обвиняемого правом проводить следственные действия с целью выявления оправдывающих или смягчающих ответственность обстоятельств с изложением своих выводов в «оправдательном заключении», которое можно было бы направлять в суд вместе с уголовным делом[37].

Однако представляется, что новеллы закона, связанные с различными аспектами собирания доказательств защитниками вызовут серьезные сложности на практике. В той или иной мере неизбежны перегибы, и в то же время недооценка этих важных и эффективнейших инструментов защиты в руках адвокатов.

Прежде всего, необходимо отметить, что всей полнотой государственно-властных, в том числе процессуальных полномочий по собиранию доказательств, российский уголовно-процессуальный закон традиционно наделил только участников уголовного судопроизводства, ответственных за ведение уголовного дела. Собирание доказательств они производят посредством проведения всех предусмотренных действующим законом следственных действий, включая обыск, личный обыск, выемку, осмотр, освидетельствование и др.

Для защитников УПК РФ предусмотрел полномочия по осуществлению только трех вышеупомянутых мер, ни одно из которых следственным действием не является.

Если в ходе проведения следственных и иных действий следователь (дознаватель) вправе реализовывать властные полномочия, т.е.

давать обязательные для исполнения распоряжения в отношении лиц, не находящихся у него в служебной зависимости, принимать решения, обязательные для исполнения гражданами и организациями независимо от их ведомственной принадлежности[38], в том числе, применять принудительные меры, связанные с ограничением прав и свобод граждан[39], то защитник при проведении опроса лиц, получении предметов, документов и иных сведений, истребовании справок и т.д. ни в коей мере не вправе присваивать какие-либо властные полномочия.

В уголовно-процессуальном законе не решен вопрос: должен ли адвокат в разговоре с опрашиваемым им лицом сказать, что является защитником подозреваемого или обвиняемого, или достаточно простого согласия данного лица. Согласен с позицией Н. Кузнецова и С.

Дадонова, которые утверждают, что адвокат если не сразу, то хотя бы во время опроса должен сообщить опрашиваемому для чего нужны получаемые от него сведения.

И уж конечно адвокат не вправе придумывать для более успешного опроса лица «легенду» о своей принадлежности к какому-нибудь «компетентному ведомству», а тем более принуждать опрашиваемого к даче ложных показаний[40]. Граждане не обязаны, а лишь вправе давать показания защитнику, если они на то согласны.

Защитник не вправе обязывать явкой в адвокатский кабинет (бюро, юридическую консультацию) лиц, которых он намерен опросить по обстоятельствам, имеющим отношение к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь.

Он не вправе официально предупреждать опрашиваемое лицо об уголовной ответственности за дачу ложных показаний и за отказ от дачи показаний (ст.ст. 307 и 308 УК РФ) в рамках данного опроса и отбирать соответствующую подписку.

Он, разумеется, может разъяснить лицу перспективы привлечения к уголовной ответственности за дачу ложных показаний или за отказ от дачи показаний на допросе у следователя, но никак не за аналогичные действия на проводимом им самим опросе.

В равной мере защитник не имеет права изымать либо даже просто требовать те или иные предметы и документы у их владельца — физического лица, как это вправе делать следователь (дознаватель) в рамках обыска или выемки.

Формируемая в настоящее время адвокатская практика дает примеры превышения полномочий со стороны защитников по уголовным делам.

Недобросовестные адвокаты порой стремятся де-факто приравнять свои полномочия к полномочиям следователей (разумеется, без той ответственности, под грузом которой ходит это должностное лицо), т.е.

пытаться проводить опрос как допрос, получение предметов и документов, как их выемку или даже обыск и т.п. Правоохранительные органы и суд вправе и обязаны пресекать такие нарушения закона, используя весь комплекс мер, о которых будем говорить в дальнейшем[41].

Далее, показания лиц, опрошенных защитниками, предметы, документы и иные сведения могут по своему содержанию являться доказательствами (ч. 1 ст. 74 УПК РФ), но сами по себе, вне их процессуального оформления судом, следователем или дознавателем не могут быть признаны допустимыми.

В литературе по данному вопросу высказываются и противоположные мнения. Например, предлагается представляемые защитником объяснения опрошенных лиц, справки о проведенном исследовании, приобщать к делу как «иные документы», которые, исходя из перечня ч. 2 ст. 74 УПК РФ, допускаются в качестве доказательств[42].

Полагаю, что данная позиция ошибочна, поскольку не соответствует положениям норм, предусмотренных статьями 74-84 УПК РФ. Так, в качестве доказательств допускаются показания свидетеля (п. 2 ч. 2 ст. 74 УПК РФ).

При этом, допустимые показания свидетеля — это только те сведения, которые он сообщил на допросе суду или должностному лицу, производящему расследование (ст. 79 УПК РФ), но никак не показания, данные свидетелем в рамках опроса у защитника.

То есть протокол опроса лица, составленный защитником, содержит показания свидетеля, а они могут быть процессуально легализованы только через допрос этого свидетеля уполномоченным должностным лицом, а никак не через приобщение протокола опроса в качестве «иного документа» (ст. 84 УПК РФ)[43].

Здесь ситуация аналогична той, что складывается при решении вопроса о допустимости протоколов опроса (пресловутые «объяснения», «чистосердечные признания»), произведенного оперуполномоченными. Как известно, такие документы и содержащиеся в них показания, как правило, признаются судами недопустимыми доказательствами[44].

Это означает, что даже если защитник в рамках проведенного им опроса получил сведения, интересующие сторону защиты, то эти сведения только тогда станут допустимыми доказательствами, когда названные уполномоченные субъекты допросят это лицо[45].

К примеру, если защитник требует приобщить к делу протокол опроса нужного ему лица — предполагаемого свидетеля защиты, но следователь по тем или иным объективным причинам не может допросить указанное лицо (свидетель тяжело болен, выехал в неизвестном направлении и т.п.

), то такие показания не являются допустимыми доказательствами и не имеют юридической силы. Если и в суд такой свидетель не явиться, то даже ссылаться на его показания защитник не вправе.

https://www.youtube.com/watch?v=rOTAOPwxazQ

Аналогичным образом недопустимы и справки об исследовании, проведенном по инициативе защитника. Допустимым доказательством является только заключение эксперта (п. 3 ч. 2 ст. 74 и ст. 80 УПК РФ), а оно содержит результаты исследования, которое проводится только на основании постановления лица, ведущего производство по делу (ст. 195 УПК РФ).

Вещественными доказательствами признаются только те предметы, которые проверены, оценены и признаны таковыми судом, следователем или дознавателем (ст.

81 УПК РФ), но никак не те предметы, которые получены только защитником.

Лишь тот полученный адвокатом предмет (документ) будет процессуально легализован как вещественное доказательство, который будет затем проверен, оценен и приобщен к делу следователем, судом.

Все собранные и представленные защитником в нарушении комментируемых положений закона доказательства должны быть признаны недопустимыми, согласно положениям ч. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ.

⇐ Предыдущая12345678910Следующая ⇒

Рекомендуемые страницы:

Источник: https://lektsia.com/6xc75c.html

Постановление КС РФ о свиданиях с адвокатом

1.7. Право на свидание с подзащитным: & соответствии с п. 1 ч. 1 ст. S3 УПК РФ, защитник, с момента

Именем Российской Федерации

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего А.Л. Кононова, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Л.О. Красавчиковой, Ю.Д. Рудкина, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

с участием представителя заявителя — адвоката Н.В.Пономаревой и представителя Совета Федерации — доктора юридических наук Е.В. Виноградовой,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 96, 97, 99 и 86 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности отдельных положений частей первой и второй статьи 118 УИК Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина Грузии З.Р. Шенгелая на нарушение его конституционных прав положениями частей первой и второй статьи 118 УИК Российской Федерации.

Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации примененные в деле заявителя положения части первой и пункта «г» части второй статьи 118 УИК Российской Федерации, в силу которых запрещаются свидания осужденным к лишению свободы, водворенным в штрафной изолятор исправительных учреждений, а осужденным, переведенным в порядке взыскания в помещение камерного типа, позволяется иметь с разрешения администрации исправительного учреждения только одно краткосрочное свидание в течение шести месяцев.

Заслушав сообщение судьи-докладчика Ю.Д. Рудкина, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных в заседание представителей: от Генерального прокурора Российской Федерации — О.Б. Лысягина, от Министерства юстиции Российской Федерации — О.В.

Филимонова, от Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации — В.И. Селиверстова, от Комиссии по правам человека при Президенте Российской Федерации — В.Ф. Абрамкина, от Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации — Ю.М.

Боровкова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1.

З.Р. Шенгелая, осужденный за совершение разбоя (пункты «а», «б» части третьей статьи 162 УК Российской Федерации) к двенадцати годам лишения свободы и отбывавший наказание в колонии общего режима, по постановлению суда был переведен на три года на тюремный режим отбывания наказания.

Как в период нахождения в колонии, так и в период нахождения в тюрьме за злостные нарушения установленного порядка отбывания наказания он подвергался дисциплинарным взысканиям в виде перевода в помещение камерного типа и водворения в штрафной изолятор.

При этом администрация названных учреждений со ссылкой на положения статьи 118 УИК Российской Федерации отказывала адвокату, приглашавшемуся по просьбе З.Р.

Шенгелая для оказания помощи в подготовке жалоб на приговор, другие судебные решения и на решения администрации исправительных учреждений о наложении дисциплинарных взысканий, в предоставлении свиданий с клиентом.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации З.Р.

Шенгелая утверждает, что в соответствии с примененными в отношении него положениями части первой и пункта «г» части второй статьи 118 УИК Российской Федерации — во взаимосвязи со статьей 89 того же Кодекса, регламентирующей порядок предоставления свиданий осужденному к лишению свободы, — осужденный, переведенный в штрафной изолятор или в помещение камерного типа, лишается права на свидания с адвокатом, причем на неопределенное время, поскольку эти виды дисциплинарных взысканий могут назначаться подряд неограниченное число раз в связи с новыми нарушениями. Тем самым, по мнению заявителя, ущемляются его права на получение квалифицированной юридической помощи и на защиту его прав и свобод, в том числе путем обжалования приговора, других судебных решений, а также решений администрации исправительного учреждения о наложении дисциплинарных взысканий, что противоречит статьям 45 (часть 1), 48 (часть 1) и 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу являются положения части первой и пункта «г» части второй статьи 118 УИК Российской Федерации, которыми устанавливаются ограничения права осужденных, водворенных в штрафной изолятор или переведенных в помещение камерного типа, на свидания, во взаимосвязи с положениями статьи 89 данного Кодекса, регламентирующими предоставление осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, свиданий с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи.

2.

Согласно статье 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1), а каждому задержанному, заключенному под стражу, обвиняемому в совершении преступления — право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения (часть 2). Исходя из того, что Конституция Российской Федерации определяет начальный, но не конечный момент осуществления обвиняемым права на помощь адвоката (защитника), данное право должно обеспечиваться ему на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при производстве в надзорной инстанции, а также при исполнении приговора. Само по себе осуждение лица за совершенное преступление и даже назначение ему в качестве наказания лишения свободы не могут признаваться достаточным основанием для ограничения его в праве на защиту своих прав и законных интересов путем обжалования приговора и других решений по уголовному делу, заявления ходатайств о смягчении назначенного по приговору суда наказания, возражения против представления администрации учреждения, исполняющего наказание, об изменении назначенного судом наказания на более тяжкое или об изменении режима отбывания наказания.

С учетом особенностей статуса осужденного право на квалифицированную юридическую помощь гарантируется ему не только для обеспечения возможности отстаивать свои интересы в рамках уголовного процесса, но и для защиты от ущемляющих его права и законные интересы действий и решений органов и учреждений, исполняющих наказание. То обстоятельство, что осужденный, отбывающий наказание в виде лишения свободы, и тем более водворенный в штрафной изолятор или переведенный в помещение камерного типа, находится в подчиненном, зависимом от администрации исполняющего наказание учреждения положении и ограничен в правомочиях лично защищать свои права и законные интересы, предопределяет особую значимость безотлагательного обеспечения ему права пригласить для оказания юридической помощи адвоката (защитника) и реальной возможности воспользоваться ею.

Реализация осужденным права на помощь адвоката (защитника), как и права на квалифицированную юридическую помощь в целом, в том числе по вопросам, связанным с применением дисциплинарных взысканий за нарушения установленного порядка отбывания наказания, предполагает создание условий, позволяющих ему сообщить адвокату о существе своих требований по тому или иному вопросу и предоставить всю необходимую для их отстаивания информацию, а адвокату — оказать своему доверителю консультативную помощь и согласовать с ним действия по защите его прав и законных интересов.

В этих целях Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает, что обвиняемый — вне зависимости от стадии уголовного судопроизводства — имеет право пользоваться помощью защитника и иметь свидания с ним наедине и конфиденциально, а защитник в свою очередь вправе иметь свидания с подзащитным, знакомиться с материалами уголовного дела, подготавливать и подавать жалобы в защиту его интересов (статьи 16, 47 и 53).

Право на получение юридической помощи гарантируется осужденным и Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации (статья 12).

Для ее получения осужденному, согласно части четвертой статьи 89 УИК Российской Федерации, по его заявлению предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи; по желанию осужденного и указанных лиц свидания могут предоставляться наедине.

Введенным в действие с 1 июля 2002 года Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» также предусматривается, что адвокат вправе беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей), совершать иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации (статья 6).

Закрепляя право адвоката на свидание с обвиняемым или иным доверителем, законодательство Российской Федерации гарантирует, что число свиданий и их продолжительность не могут быть ограничены (пункт 9 части четвертой статьи 47 УПК Российской Федерации, подпункт 5 пункта 3 статьи 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

3.

Непосредственное общение с адвокатом — важная составляющая права на получение квалифицированной юридической помощи, которое в силу Конституции Российской Федерации ни при каких условиях не подлежит произвольному ограничению, в том числе в части определения количества и продолжительности предоставляемых в этих целях свиданий. Федеральный законодатель, как следует из статей 71 (пункты «в», «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 55 (часть 3), вправе конкретизировать содержание закрепленного в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации права и устанавливать правовые механизмы его осуществления, условия и порядок реализации, но при этом не должен допускать искажения существа данного права и введения таких его ограничений, которые не согласовывались бы с конституционно значимыми целями. Данная правовая позиция, сформулированная Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 октября 2001 года по делу о проверке конституционности положений, содержащихся в статьях 47 и 51 УПК РСФСР и пункте 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», сохраняет свою силу.

Право каждого задержанного или находящегося в заключении лица связываться и консультироваться с адвокатом провозглашено и в утвержденном Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1988 года Своде принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, предусматривающем предоставление необходимых для этого времени и условий и недопустимость временных отмены или ограничения права на посещение заключенного адвокатом без промедления и цензуры, кроме исключительных обстоятельств, которые определяются законом или установленными в соответствии с законом правилами, когда, по мнению судебного или иного органа, это необходимо для поддержания безопасности и порядка (пункты 1, 2 и 3 принципа 18).

Конституционные положения о праве на получение квалифицированной юридической помощи применительно к осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы, конкретизированы в части четвертой статьи 89 УИК Российской Федерации, которая связывает предоставление свиданий с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи осужденным, только с подачей осужденным соответствующего заявления. Каких-либо дополнительных, носящих ограничительный характер условий предоставления осужденному свиданий с адвокатом закон не предусматривает, из чего следует, что администрация не вправе отказать в удовлетворении заявления осужденного о свидании с приглашенным им адвокатом.

Это согласуется с выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 25 октября 2001 года правовой позицией, согласно которой выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, а реализация закрепленного в статье 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации права подозреваемого и обвиняемого пользоваться помощью адвоката (защитника), в том числе иметь с ним свидания, не может быть обусловлена разрешением соответствующего должностного лица или органа.

Об уведомительном, а не разрешительном, характере предусмотренного частью четвертой статьи 89 УИК Российской Федерации порядка предоставления осужденному свиданий с адвокатом свидетельствует, в частности, закрепление в параграфе 14 принятых на основе Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (утверждены приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 30 июля 2001 года N 224) положения, согласно которому количество и продолжительность свиданий осужденного с адвокатом не ограничиваются.

Не вытекает право администрации учреждения, исполняющего наказание в виде лишения свободы, отказать осужденному в свидании с адвокатом и из рассматриваемых положений статьи 118 УИК Российской Федерации, содержащих запрет на свидания для осужденных, водворенных в штрафной изолятор (часть первая), и ограничение количества свиданий одним краткосрочным свиданием в течение шести месяцев для осужденных, переведенных в единое помещение камерного типа, помещение камерного типа или одиночную камеру (пункт «г» части второй). Названные положения устанавливают особые условия содержания осужденных к лишению свободы в штрафных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, одиночных камерах и не содержат каких-либо предписаний, регламентирующих получение осужденным юридической помощи, в том числе предоставление ему свиданий с приглашенным адвокатом, и, следовательно, не могут расцениваться как затрагивающие право на квалифицированную юридическую помощь.

Как следует из статьи 89 УИК Российской Федерации, законодатель, предусматривая предоставление свиданий осужденным к лишению свободы, различает, с одной стороны, свидания, которые предоставляются им в целях сохранения социально-полезных связей с родственниками и иными лицами, и с другой — свидания с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, в целях реализации осужденными конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи. Именно с учетом различий в правовой природе и сущности этих видов свиданий, законодатель, хотя и использует для их обозначения один и тот же термин, вместе с тем по-разному подходит к их регламентации исходя из того, что, если режим свиданий осужденного с родственниками и иными лицами предполагает нормативную определенность в части, касающейся продолжительности, частоты, порядка их предоставления и проведения, а также возможных ограничений, то правовой режим свиданий с адвокатами, как обеспечиваемый непосредственным действием права, закрепленного в статье 48 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, не требует подобного урегулирования. Свидетельством нетождественности указанных видов свиданий является и то, что свидания с адвокатами и лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, не засчитываются в число свиданий с родственниками и иными лицами (параграф 14 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений).

Таким образом, положения части первой и пункта «г» части второй статьи 118 УИК Российской Федерации — по их конституционно-правовому смыслу в системе норм — не могут расцениваться как допускающие возможность ограничения права осужденного, переведенного в период отбывания наказания в виде лишения свободы в штрафной изолятор или помещение камерного типа, на свидания с адвокатом или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи.

Иное истолкование данных положений лишило бы этих лиц возможности в полной мере воспользоваться гарантированными им Конституцией Российской Федерации правом на получение квалифицированной юридической помощи и правом на судебную защиту, ограничение которых, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть оправдано целями, указанными в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и недопустимо ни при каких обстоятельствах (постановления от 13 ноября 1995 года по делу о проверке конституционности части пятой статьи 209 УПК РСФСР, от 27 марта 1996 года по делу о проверке конституционности статей 1 и 21 Закона Российской Федерации «О государственной тайне», от 27 июня 2000 года по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 УПК РСФСР).

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1.

Признать положения части первой и пункта «г» части второй статьи 118 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу во взаимосвязи со статьей 89 данного Кодекса эти положения не предполагают, что установленные ими ограничения распространяются на свидания осужденных, находящихся в штрафных изоляторах и помещениях камерного типа, с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, и тем самым не препятствуют получению ими квалифицированной юридической помощи.

Конституционно-правовой смысл указанных положений, выявленный в настоящем Постановлении, является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

2.

Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

3.

Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации

Источник: https://rg.ru/2004/01/14/advokat-dok.html

Статья 53 УПК РФ. Полномочия защитника

1.7. Право на свидание с подзащитным: & соответствии с п. 1 ч. 1 ст. S3 УПК РФ, защитник, с момента

1. С момента вступления в уголовное дело защитник вправе:

1) иметь с подозреваемым, обвиняемым свидания в соответствии с пунктом 3 части четвертой статьи 46 и пунктом 9 части четвертой статьи 47 настоящего Кодекса;

2) собирать и представлять доказательства, необходимые для оказания юридической помощи, в порядке, установленном частью третьей статьи 86 настоящего Кодекса;

3) привлекать специалиста в соответствии со статьей 58 настоящего Кодекса;

4) присутствовать при предъявлении обвинения;

5) участвовать в допросе подозреваемого, обвиняемого, а также в иных следственных действиях, производимых с участием подозреваемого, обвиняемого либо по его ходатайству или ходатайству самого защитника в порядке, установленном настоящим Кодексом;

6) знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием подозреваемого, обвиняемого, иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться подозреваемому, обвиняемому;

7) знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме, снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств;

8) заявлять ходатайства и отводы;

9) участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, второй, кассационной и надзорной инстанций, а также в рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора;

10) приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, прокурора, суда и участвовать в их рассмотрении судом;

11) использовать иные не запрещенные настоящим Кодексом средства и способы защиты.

2.

Защитник, участвующий в производстве следственного действия, в рамках оказания юридической помощи своему подзащитному вправе давать ему в присутствии следователя, дознавателя краткие консультации, задавать с разрешения следователя, дознавателя вопросы допрашиваемым лицам, делать письменные замечания по поводу правильности и полноты записей в протоколе данного следственного действия. Следователь или дознаватель может отвести вопросы защитника, но обязан занести отведенные вопросы в протокол.

3. Защитник не вправе разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными в связи с осуществлением защиты, если он был об этом заранее предупрежден в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса. За разглашение данных предварительного расследования защитник несет ответственность в соответствии со статьей 310 Уголовного кодекса Российской Федерации.

См. все связанные документы >>>

< Статья 52. Отказ от защитника Статья 54. Гражданский ответчик >

1. Анализ уголовно-процессуального закона указывает на то, что защитник имеет несколько больше прав, чем перечислено в ч. ч. 1 и 2 коммент. ст. Все права защитника можно подразделить на четыре группы:

а) права, одинаковые с правами всех других участвующих в уголовном процессе лиц;

б) права участника следственного действия;

в) права защитника, одинаковые с правами подзащитного;

г) специфические права защитника.

2.

С помощью данной классификации попробуем сформулировать максимально полный перечень прав защитника. На наш взгляд, он выглядит следующим образом.

А. Права защитника, одинаковые с правами всех других участвующих в уголовном процессе лиц, таковы. Защитник имеет право:

1) знать свои права, обязанности и ответственность (ч. 1 ст. 11 УПК);

2) делать заявления, давать консультации и т.п. на своем родном языке или языке, которым владеет;

3) пользоваться услугами переводчика;

4) представлять доказательства, необходимые для оказания юридической помощи;

5) заявлять ходатайства;

6) заявлять отводы любому из лиц, перечисленных в ст. ст. 61 — 72 УПК;

7) приносить жалобы на действия (бездействие) и (или) решения следователя (дознавателя и др.), суда (судьи) и (или) участвовать в их рассмотрении судом.

Б. Права защитника как участника следственного действия:

8) быть уведомленным о применении технических средств;

9) знакомиться с протоколами следственных действий, в которых он принимал участие;

10) требовать внесения в протокол следственного действия поправок;

11) требовать дополнения протоколов следственных действий и внесения в них уточнений;

12) делать письменные замечания по поводу правильности и (или) полноты записей в протоколе следственного действия;

13) удостоверять правильность фиксации в протоколе хода и результатов (показаний) следственного действия, в котором он принимал участие.

В. Права защитника, одинаковые с правами подзащитного, можно подразделить на общие права и права защитника при назначении и производстве судебной экспертизы:

— общие права защитника, одинаковые с правами подзащитного, следующие. Защитник вправе:

14) присутствовать при предъявлении обвинения;

15) иметь с подозреваемым (обвиняемым и др.) свидания наедине и конфиденциально без большего, чем предусмотрено в ч. 4 ст. 92 УПК, ограничения их числа и продолжительности;

16) знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, знакомиться с материалами, на основании которых принимаются судебные решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока содержания под стражей, если эти решения затрагивают права и свободы подзащитного , выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме, снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств;

———————————

См.: Определение Конституционного Суда РФ от 12 мая 2003 г. N 173-О «По жалобе гражданина Коваля Сергея Владимировича на нарушение его конституционных прав положениями статей 47 и 53 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Собр. законодательства РФ. 2003. N 27 (ч. 2). Ст. 2872.

17) дополнительно ознакомиться с материалами уголовного дела на стадии подготовки к судебному заседанию (ч. 3 ст. 227 УПК);

18) участвовать в предварительном слушании;

19) участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой, апелляционной, кассационной, надзорной инстанций, ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, в рассмотрении вопросов, связанных с исполнением приговора, а также в рассмотрении судом вопроса об избрании в отношении подозреваемого (обвиняемого и др.

) меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста; о переводе подозреваемого (обвиняемого и др.

), к которому в качестве меры пресечения применено содержание под стражей, в психиатрический стационар и о прекращении уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего обвиняемого с применением к нему принудительной меры воспитательного воздействия;

20) участвовать в исследовании доказательств во время судебного следствия;

21) излагать суду свое мнение по существу обвинения и его доказанности, об обстоятельствах, смягчающих наказание подсудимого или оправдывающих его, о мере наказания, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства (ч. 1 ст. 248 УПК);

22) представить суду в письменном виде предлагаемую им формулировку решения по вопросам, указанным в п. п. 1 — 6 ч. 1 ст. 299 УПК (ч. 7 ст. 292 УПК);

23) знакомиться с протоколом судебного заседания и подавать на него замечания;

24) знать о принесенных по делу жалобах и протестах, знакомиться с содержанием таковых (ч. 2 ст. 407 УПК), когда таковые касаются интересов подзащитного, и подавать на них возражения;

25) представлять суду, рассматривающему дело в кассационном, надзорном порядке, ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, дополнительные материалы;

26) при рассмотрении дела в кассационном, надзорном порядке, ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств после доклада судьи (прокурора) дать свои устные объяснения;

— права защитника при назначении и производстве судебной экспертизы:

27) знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы;

28) заявлять отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении;

29) ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц либо о производстве судебной экспертизы в конкретном экспертном учреждении;

30) ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту;

31) присутствовать с разрешения следователя (дознавателя и др.) при производстве судебной экспертизы, давать объяснения эксперту;

32) знакомиться с заключением эксперта или сообщением о невозможности дать заключение, а также с протоколом допроса эксперта (ст. 198 УПК).

Г. Специфические права защитника:

33) знать, в чем обвиняется (подозревается) его подзащитный;

34) при наличии к тому оснований заявлять самоотвод (ч. 1 ст. 62 УПК);

35) лично ознакомиться с каждым из вынесенных следователем (дознавателем и др.) постановлений о привлечении подзащитного в качестве обвиняемого;

36) собирать необходимые для оказания юридической помощи доказательства путем получения предметов, документов и (или) иных сведений; опроса лиц с их согласия; истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и (или) организаций (ч. 3 ст. 86 УПК);

37) привлекать специалиста;

38) участвовать в допросе подозреваемого (обвиняемого), а также в иных следственных действиях, производимых с участием подозреваемого (обвиняемого) либо по его ходатайству или ходатайству самого защитника в порядке, установленном УПК;

39) давать в присутствии следователя (дознавателя и др.) во время производства следственного действия своему подзащитному краткие консультации по вопросам, касающимся предмета оказываемой им юридической помощи;

40) в случае если он принимает участие в допросе (очной ставке, проверке показаний на месте), задавать с разрешения следователя (дознавателя и др.) вопросы допрашиваемым лицам;

41) требовать занесения в протокол следственного действия, в котором он принимал участие, каждого заданного им с разрешения следователя (дознавателя и др.) допрашиваемому вопроса;

42) знакомиться с протоколом задержания, постановлением об избрании (отмене, изменении) меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием подозреваемого (обвиняемого и др.), иными документами, которые предъявлялись и (или) должны были предъявляться подозреваемому (обвиняемому и др.);

43) иметь время для ознакомления с материалами уголовного дела и подготовки к участию в судебном разбирательстве, если он вновь вступил в уголовное дело на судебной стадии (ч. 3 ст. 248 УПК);

44) участвовать в прениях сторон;

45) быть допущенным к сведениям, составляющим государственную тайну, без проведения специальных проверочных мероприятий, если он участвует в деле, связанном с подобного рода сведениями (ч. 1 ст. 21.1 Закона РФ «О государственной тайне»);

46) использовать иные не запрещенные УПК средства и способы защиты.

3. Поясним содержание некоторых прав. Уголовно-процессуальное законодательство не предполагает наличия какого-либо особого — разрешительного — порядка вступления адвоката в уголовный процесс в качестве защитника.

От лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, не требуется принимать правоприменительные акты, разрешающие или же запрещающие адвокату участвовать в уголовном процессе в качестве защитника. У следователя (дознавателя и др.) нет полномочий по принятию соответствующих актов, если являющийся адвокатом защитник не подлежит отводу.

Это правило касается и порядка реализации права защитника-адвоката иметь свидания с подозреваемым (обвиняемым и др.), содержащимся под стражей .

———————————

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 25 октября 2001 г.

N 14-П «По делу о проверке конституционности положений, содержащихся в статьях 47 и 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и пункте 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в связи с жалобами граждан А.П. Голомидова, В.Г. Кислицина и И.В. Москвичева» // Собр. законодательства РФ. 2001. N 48. Ст. 4551.

4. Иначе говоря, реализовать предусмотренное п. 1 ч. 1 коммент. ст. свое право защитник-адвокат может и в том случае, если он не получил от следователя (дознавателя и др.), суда (судьи) разрешения на свидание с подзащитным.

5. Другое дело, когда в качестве защитника допущено иное, не являющееся адвокатом лицо.

Свидание такого защитника с подзащитным предоставляется по предъявлении определения или постановления суда, допустившего данное лицо до участия в деле в качестве защитника, а также документа, удостоверяющего его личность (ч.

1 ст. 18 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» ).

———————————

См.: Собр. законодательства РФ. 1995. N 29. Ст. 2759.

6. Свидание с подзащитным наедине означает «вдвоем без посторонних» . При таком свидании допустимо присутствие лишь переводчика. На данное обстоятельство указал Конституционный Суд РФ в своем Определении от 7 декабря 2001 г.

N 276-О «По жалобе гражданина Исламова Лечи Сераевича на нарушение его конституционных прав пунктами 4 и 5 части первой статьи 17 и статьей 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» .

———————————

См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 323.

См.: Собр. законодательства РФ. 2002. N 7. Ст. 743.

7. Свидания должны проходить как наедине, так одновременно и конфиденциально, то есть доверительно, без последующей огласки, секретно .

Иначе говоря, во-первых, все, что будет сказано и сделано во время свидания, не должно подлежать последующей огласке как (и прежде всего) со стороны защитника, так и со стороны подозреваемого (обвиняемого и др.). Нарушение этого правила возможно лишь по общей подозреваемого (обвиняемого и др.

) и защитника договоренности. Во-вторых, свидания с подзащитным проводятся в условиях, позволяющих сотруднику правоохранительных органов видеть их, но не слышать, о чем они говорят.

В-третьих, если во время свидания присутствовали переводчик или иное лицо, которым стало что-либо известно о ходе (результатах) встречи между защитником и его подзащитным или же были услышаны какие-то сведения (которыми они не располагали ранее), указанные лица (в том числе переводчик) не имеют права кому-либо рассказывать об увиденном (услышанном). Данный запрет распространяется и на передачу информации следователю (дознавателю и др.). В-четвертых, процесс переговоров, осуществляемых между защитником и его подзащитным, не может быть подвергнут прослушиванию и оперативно-розыскному документированию.

———————————

См.: Словарь иностранных слов. 18-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1989. С. 257; Ожегов С.И. Указ. соч. С. 252.

8. Наедине и конфиденциально должны проходить все свидания защитника с подзащитным, если они того пожелают. Причем число и продолжительность свиданий следователь (дознаватель и др.) не может ставить в зависимость от соблюдения или несоблюдения защитником, подозреваемым (обвиняемым и др.) каких бы то ни было не предусмотренных законом условий (правил, требований).

9. Единственное ограничение продолжительности свиданий защитника с подзащитным закреплено в ч. 4 ст. 92 УПК. В случае необходимости производства процессуальных действий с участием подозреваемого, задержанного в соответствии со ст. ст. 91 и 92 УПК, продолжительность свидания защитника с таковым может быть ограничена двумя часами.

Такое ограничение возможно лишь при соблюдении одного обязательного условия. Следователь (дознаватель и др.

) до начала свидания должен уведомить защитника и подозреваемого о том, что имеется необходимость производства процессуальных действий с участием подозреваемого и в связи с этим их свидание после истечения двух часов будет прервано.

10. На защитника уголовно-процессуальное законодательство возложило следующие обязанности:

1) действовать в интересах подзащитного;

2) согласовывать с подзащитным выбор средств и способов защиты;

3) отказаться от защиты двух и более подозреваемых (обвиняемых и др.), если интересы одного из них противоречат интересам другого (ч. 6 ст. 49 УПК);

4) явиться по вызову лица или органа, в производстве которых находится возбужденное уголовное дело или же которым поручено проведение процессуального действия с участием защитника;

5) заранее уведомить следователя (дознавателя и др.) о причинах неявки;

6) знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела;

7) соблюдать порядок в судебном заседании;

8) подчиняться распоряжениям председательствующего (ст. 258 УПК);

9) не отказываться от принятой на себя защиты подозреваемого (обвиняемого и др.);

10) не разглашать сведения, сообщенные ему в связи с осуществлением защиты и (или) оказанием другой юридической помощи;

11) не совершать при оказании юридической помощи правонарушений;

12) следовать иным предъявляемым к нему УПК требованиям.

11. От защитника, являющегося адвокатом, помимо того требуется:

13) честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы подзащитного всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами;

14) исполнять требования закона об обязательном участии адвоката в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, а также оказывать юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»);

15) отказаться от заключения контракта о конфиденциальном содействии (негласном содействии) органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность (ч. 5 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

12. Приведенный здесь перечень обязанностей защитника нельзя признать исчерпывающим.

Источник: https://RuLaws.ru/upk-rf/CHAST-PERVAYA/Razdel-II/Glava-7/Statya-53/

Studio-pravo
Добавить комментарий